Встревоженная Анна связалась с доктором Галенсом. Тот ничего не утаил от Дженифер. Самое заурядное заболевание. Она помогла Дженифер собрать сумку и проводила ее в больницу.
Анна сидела в пустом приемном покое, Дженифер уже увели наверх. Она была рада, что у Дженифер ничего серьезного, – ведь ей так хочется ребенка. И она заслужила его. Интересно… несмотря на всю их близость, Джен так и не рассказала, почему она избавилась от ребенка Тони.
Доктор Галенс спустился к ней через час. Анна сразу почувствовала что-то неладное.
– Сейчас она спит под наркозом, – сказал он.
– Что у нее? – спросила Анна. – Я чувствую, тут что-то не так. У нее не просто полипы?
– У нее оказались именно полипы, как я и думал. С точки зрения гинекологии, у нее все нормально, – сказал он. – Но, проверяя сердечную деятельность, анестезиолог обнаружил у нее в одной груди уплотнение размером с грецкий орех. Она, должно быть, знала об этом.
Анна ощутила во всем теле внезапную слабость.
– Но ведь очень часто уплотнение ничего не значит.
Я имею в виду, что это может быть просто киста и ничего больше, правда?
– Я удалил это уплотнение – надрез крохотный, шрам будет совсем незаметен
– и сразу же отправил ткань на биопсию. Анна, это образование оказалось злокачественным. Завтра же ее нужно класть на операцию и удалять грудь.
Анна похолодела от ужаса. О боже! Ну почему именно Дженифер? И почему именно сейчас? Она почувствовала, как по щекам ручьем потекли слезы.
– Скажите ей сами, – прорыдала она. – Я не смогу.
* * *Дженифер медленно открыла глаза, пытаясь отогнать сон.
Все позади. Она улыбнулась медсестре, которая неясным белым пятном маячила рядом.
– Все в порядке?
– Вот доктор Галенс, – приветливо сказала сестра. Он осторожно пощупал ей лоб.
– Пришли в себя?
– Ммммм… скажите, доктор, у меня действительно были полипы, как вы и думали, да?
– Да, по этой линии у вас теперь все в порядке, Дженифер, но почему вы не сказали мне, что у вас в груди было уплотнение?
Она инстинктивно коснулась груди – пальцы наткнулись на повязку.
– Я удалил его. Давно оно у вас?
– Не-е зна-аю… – У нее опять закружилась голова… – Может, с год… может, больше.
– Спите. Поговорим об этом потом.
Несмотря на сонную одурь от наркоза, ее пронзило острое чувство страха. Протянув руку, она схватила его за рукав.
– О чем «поговорим потом»?
– Боюсь, завтра мне придется опять привезти вас сюда… и удалить кое-что еще.
– «Удалить»? Что именно?
– Нам придется произвести мастэктомию.
