– В следующий раз поосторожнее, пожалуйста, – шепнул на ухо, на несколько секунд несильно сжав предплечье.
Ну почему она такая неаккуратная?! Сначала чужой телефон, теперь машина! Демидову уже пришлось раскошелиться, и если она только заикнется о том, что должна сорок тысяч за раздавленный айфон, он ее просто «с дерьмом съест».
– Ксюх, да забей уже, – не выдержал Влад, видя, что девушка расстроилась и искренне переживает. Шашлык на ее тарелке остался практически нетронутым, как и салат. – Ешь давай, уже обед почти.
– Спасибо, – наконец сообразила она поблагодарить его, берясь за вилку.
– Пожалуйста, – хмыкнул он, не отрываясь глядя на нее, и с нажимом произнес: – Ешь.
Когда с горячим было покончено, и они запивали пирожки компотом, Демидов, расправив плечи и разминая шею, поинтересовался:
– Ну, что, куда теперь?
– В смысле куда? – она изумленно подняла на него глаза. – Я не знаю.
– Дом отцовский где? – как у дурочки спросил он после долгой паузы. – Ехать в какую сторону?
– Я не помню, – совершенно растерялась Ксения.
– Что значит «ты не помнишь»? – начал наезжать на нее Влад. – Ты когда последний раз здесь была?
– Когда мама была жива, – подумав, ответила она и поразилась тому, как потемнели глаза мужчины, пронзительно смотрящие на нее.
Глава 12
– Я что-то не догоняю, – угрожающе зашипел опер, наклоняясь к ней через стол. – Вы, что, из меня дурака делаете?!
Ксения непонимающе уставилась на него и, еще больше растерявшись, еле слышно пролепетала:
– Кто?
– Да вы с папашей вдвоем! – зло выплюнул Влад.
– Кто же еще!
За соседним столиком раздался взрыв хохота. В отличие от них, группа молодых людей весело проводила время, наслаждаясь вкусным обедом и обществом друзей.
– Все, пошли, – Влад резко поднялся и, не глядя, следует ли за ним девушка, устремился к двери.
Отъехав на небольшое расстояние от кафе, он заглушил машину возле заправки и обернулся к Ксении, сидевшей на заднем сидении тише воды, ниже травы. Время для серьезного разговора пришло, как бы он ни оттягивал его.
Оставалось лишь надеяться, что единственным разочарованием для него будет только эта напрасная поездка, и он не услышит сейчас еще более страшные тайны. Где-то на краю сознания мелькнула мысль, что лучше бы папаша врал все это время, что приемной дочери угрожала опасность. В этом случае ему можно было радоваться этой непонятной игре. Ведь, положа руку на сердце, он мало что сделал, чтобы защитить ее в случае реальной угрозы.
