— Руперт, дело становится все более и более серьезным!"
"— Что за черт! Тебе понравилось гоняться за Домиником и его девицами? Но ведь девушки с Видалом нет, так что я не вижу причин тревожиться!
— Руперт, ты ничего не понимаешь! У меня есть серьезные опасения, что Доминик в приступе гнева просто бросил ее.
Руперт поудобнее расположился в кресле.
— Не удивлюсь, если так оно и случилось, — согласился милорд. — Но нас, слава Господу, это ничуть не касается!
Леони вскочила и нервно прошлась по комнате.
— Если он так подло поступил, то этому преступлению нет прощения.
Я должна ее найти.
Руперт недоуменно смотрел на герцогиню.
— Раз девицы нет с твоим драгоценным сыночком, что тебе еще от нее надо?
— Уж не думаешь ли ты, что я позволю своему сыну бросить девушку в Париже? — взорвалась Леони. — Он же дворянин! Я вот что тебе скажу: мне доводилось оставаться одной в большом городе, и я знаю все, что может случиться с девушкой, лишившейся покровителя.
— Но ты же сама говорила, что эта девица…
— Может, и говорила, но только потому, что была рассержена.
Я не знаю, что из себя представляет эта девица, а потому немедленно отправляюсь на ее поиски. Если Доминик поступил с ней бесчестно, он должен на ней жениться.
Лорд Руперт обхватил голову руками.
— Можешь меня повесить, если я понимаю, что у тебя на уме, Леони! — взмолился его светлость. — Я полагал, ты притащила меня из Англии для того, чтобы я помог спасти твое великовозрастное чадо от авантюристки, а теперь выясняется, что мальчик должен на ней жениться!
Леони оставила без внимания этот вопль отчаяния, продолжая вышагивать по комнате.
Внезапно она остановилась.
— Руперт, ведь в Париже Джулиана!
— И что с того? — Его светлость утомили эти препирательства.
— Как ты не понимаешь? Если Видал останавливался здесь, значит, он встречался с Джулианой!
— Думаешь, она может знать, зачем твоему чертову сыну понадобилось ехать в Дижон? — с надеждой спросил Руперт. — Больше всего меня волнует именно этот вопрос. Почему Дижон?
Леони наморщила лоб.
— Но, Руперт, почему тебя так волнует этот провинциальный Дижон? Вся эта история представляется мне настолько серьезной, что причина, по которой Доминик отправился в Дижон, кажется мне сущей ерундой.
— Ну, не знаю, — возразил Руперт. — Это какое-то дьявольское наваждение. Дижон! Что, черт побери, там интересного? Знаешь, что я тебе скажу, Леони, мальчик ведет себя крайне странно. — Его светлость покачал головой. — Как говорится, у него, похоже, не все дома.
