Я смотрю на свои руки:
– Черт! – улыбаюсь, а по щекам разбегается румянец. – Задумалась, – откладываю батон, на котором масла уже в два раза больше, чем толщина самого ломтика. И смущенно отвожу взгляд, почесывая кончик носа.
– Ничего, бывает. Кофе сваришь?
– Да. Момент! – с радостью переключаю все свое внимание на кофемашину, разворачиваясь к хозяину квартиры спиной. Или… не хозяину?
Мимолетно пробегаю глазами по кухонной утвари и кухне в целом. Вся техника престижных марок, а мебель из элитных сортов камня и дерева.
Я в этом достаточно неплохо разбираюсь. Да и квартира, в целом, не из дешевых. Начиная от расположения и заканчивая убранством. Иметь квартиру в столице, в принципе, не каждому по карману. Исходя из чего возникает целый ряд вопросов. Мог ли простой фермер позволить себе подобную недвижимость? Или все-таки не простой? А может, и вообще не фермер?
Кусаю губы, загружаю в машину кофейные зерна. В итоге не выдерживаю. Щелкаю на пару кнопок и, пока крепкая арабика варится, спрашиваю:
– Миша…
– М?
– Ты так и не ответил, это твоя квартира?
– Это так принципиально важно?
– Ты хотел поговорить конструктивно, – бросаю взгляд с немым укором, – а сам увиливаешь от ответов.
Румянцевский внук хмыкает:
– Подловила. Один-ноль, принцесса.
– Так что?
– Моя.
– Оу, правда?
– Это мы с тобой уже проходили. Разве я тебе когда-нибудь врал?
– Ну, – ухмыляюсь, – было дело.
– Это дело было для дела. Кто ж знал, что ты такая упертая, – ворчит дикарь, который в данный момент совсем не дикарь.
Ну, только если в самом хорошем смысле. Возбуждающий все девичьи фантазии.
– Разве это плохо?
– Что? Твоя упертость?
– Мхм, – разворачиваюсь, подпирая попой кухонный гарнитур.
Миша умело подкидывает блин на блиннице, переворачивая. И только потом отвечает:
– Наоборот. Упертость – одна из тех черт в характере людей, что я ценю, Милка.
Сложно, услышав такое, не начать улыбаться.
– А еще какие?
– Целеустремленность.
– Еще…
– Честность.
– М, еще?
– Умение молчать, может быть?
– Это что, намек? Ты только что назвал меня болтливой?!
Миша пожимает плечами, скидывая блин с блинницы на блюдо.
В общую, румяную, аппетитную стопочку. Улыбается хитро. Я возмущенно пыхчу:
– Я не болтливая! – пихая локотком его в бок. – Я просто любопытная, чтобы ты знал.
– Скорей пытливая, – смеется и обнимает меня за плечи Миша, притягивая к себе.
Я обиженно дую губы. Он чмокает меня в макушку:
– Завтрак готов.
