Летающие детишки нагло ухмылялись, наблюдая за танцовщицей и драконом, и в какой-то момент мужчина мысленно пожелал, чтобы они исчезли. Пейзаж за окнами тут же сменился: теперь там, как и на потолке, царила черно-синяя ночь, украшенная серебристой россыпью созвездий."
"Грациозно обогнув низкую софу, девушка опустилась на колени за спиной Кимира и запустила приятно прохладные пальцы в его шевелюру. Ловкие руки ласково помассировали кожу у корней распущенных волос, отчего мужчине очень захотелось замурлыкать.
Будто он и вправду был котом, которого любимая хозяйка нежно почесывала за ушком. Ящер повалился на подушки и попытался перехватить тонкую кисть своей искусительницы. Брюнетка погрозила ему пальцем, а потом двумя ладонями обхватила его руку и потянула к себе. Острые ногти, словно дразня, пробежались по чувствительной коже запястья. Ким невольно рассмеялся. Танцовщица в притворном гневе чуть свела черные брови на переносице и склонилась, поднося кисть дракона к своим губам. Сквозь газовую вуаль этой обворожительной плясуньи ему на мгновение померещились острые зубы, но прикосновение было легким и возбуждающим, поэтому секундное беспокойство тут же отступило.
Под губами красавицы бешено забился пульс. Пора было прекращать эту забавную игру. Вернее, переводить ее на следующую ступень. Резкий рывок – и обольстительница сама оказалась на подушках, придавленная тяжелым мужским торсом. Вуаль, повинуясь нетерпеливому жесту дракона, отлетела в сторону, и к ярко-алым губам девушки прижался горячий рот.
Когда дыхания перестало хватать, Ким на миг отстранился и тут же прильнул к нежной шейке искусительницы, прокладывая дорожку из поцелуев по ослепительно белой коже. Девушка прерывисто вздохнула и… зашипела, будто растревоженная змея. Мужчина замер в недоумении, глядя на нее. Образ роковой красавицы менялся на глазах. Между оскаленными клычками показался раздвоенный язык, а в ярко вспыхнувших глазах темным остался лишь узкий зрачок, разрезающий желтую радужку.
– Э-э-э… Аша? – удивленно пробормотал мужчина, наблюдая, как молочного оттенка лицо окрашивается в живые цвета человеческой кожи, на которой яркими пятнами расцветает румянец. – Привет, малышка. – Губы Кимира растянулись в блаженной улыбке, а глаза снова закрылись.
Зевнув, дракон перевернулся на другой бок и, обняв подушку, уткнулся в нее носом, чтобы тут же очутиться в гигантском курятнике, где прелестные желтоглазые курочки высиживали для него золотые яйца.
