Поверженная блондинка, схватившись за пострадавшее место, охнула, потом выругалась, а потом… предпочла красиво упасть в обморок, ибо растратила на последнее заклинание почти весь свой магический резерв. Вот только, несмотря на ее ожидания, «ворона» не умерла. Чары на нее просто не подействовали. Все, кроме вполне безобидного глумуара, изменившего прическу. Будто у проклятой конкурентки есть иммунитет к боевой магии. Но разве такое возможно?
Арэт тоже думал о том, как умудрилась выжить эмпира. Но он, в отличие от Кори-эль, был осведомлен больше, и поэтому списал все странности на действие Тенелиса.
Ирридия как-то чересчур поспешно извинилась перед драконом за испорченный вечер и, пообещав, что следующее свидание закончится куда интересней, вышла из зала с гордо поднятой головой, а там нырнула в самую затененную часть дамской комнаты и… исчезла. Демонстрировать знакомым Эльт-Ма-Ри то, что она связана с Тенелис, эмпира пока не хотела, потому и не ушла во мрак прямо с «поля боя».
Мир сумрака привычно принял ее в свои объятия. Девушке было о чем подумать и куда пойти. А перед внутренним взором ее так и стояли желтые глаза той наглой девчонки, которая помешала проучить эльфийку. Такие глаза Ирридия видела только у одного человека – жены Артуа Эльт-Карти. И именно в присутствии желтоглазой пигалицы болезнь под названием «окаменение» вновь начала проявляться. Как тогда, в гостинице… Черная мраморная скорлупа сковала пальцы, ладонь, предплечье… она бы отвоевала и больше, но выпитая залпом бутылка крови ослабила приступ, постепенно сведя его на нет.
Глава 6
В высоком разрезе красной юбки на миг мелькнула стройная ножка, на щиколотке и тонких запястьях зазвенели золотые браслеты, змеящиеся из-под головного убора косы взметнулись в воздух, повторяя изящный пируэт танцовщицы. Ким поудобнее устроился, вытянувшись на боку среди разноцветных подушек, подпер голову рукой и поманил к себе прелестную плясунью. Но белокожая брюнетка, явно кокетничая, покачала головой, похлопала пушистыми ресницами и с тихим смехом продолжила кружиться по комнате, украшенной свисающими с черного потолка полупрозрачными тканями.
Там наверху вместо привычных магических ламп горели настоящие звезды, откуда-то доносилось пение диковинных птиц, сильно напоминавшее любимую мелодию болотного дракона, а в раскрытые окна странного зала заглядывали какие-то крылатые малыши с колчанами стрел, украшенными алыми сердечками.
