Точнее, даже лучше, чем нормальные. Кто еще из моих знакомых девчонок мог бы похвастаться тем, что летит на частном самолете в Италию с самым лучшим мужчиной на свете? И слышит он него такие слова, какие говоришь мне ты. Просто голова кругом.
Пока я выпаливаю свою тираду, Демид слушает, лаская взглядом мои губы, а как только заканчиваю, снова подается ко мне и мы неспешно, словно изучая друг друга заново, волнующе и очень эротично целуемся.
Между ног сейчас же разливается тягучая огненная лава, и мне немного стыдно оттого, что столь дикое желание настигает меня в самолете, хоть мы здесь абсолютно одни.
Стюардесса, сопровождающая рейс, только вначале осведомилась, не нужно ли нам чего-нибудь, принесла воды, бросив заинтересованный взгляд на Демида, и сразу испарилась, больше не показываясь на глаза.
И все равно, наверное, это не совсем правильно…
А Демид уже слегка поглаживает мою грудь, вызывая спазмы удовольствия даже через корсет платья.
— Демид, мы же не можем… — рвано выдыхаю я, — когда его ладонь забирается под подол платья и неспешно, но уверенно скользит вверх по моему бедру.
— Тебе решать, — отвечает он, доходя до кромки моих трусиков и слегка подцепляя их. На этом останавливается, что дает мне возможность и дальше формулировать свои мысли.
— Я… не знаю… может сложиться впечатление, что нас связывает только секс. Но это ведь не так…
Он едва заметно усмехается.
— Это определенно не так. Мне по кайфу не только заниматься с тобой сексом, еще и дразнить.
— Демид! Ты бываешь хоть когда-нибудь серьезен?
— Всегда. И сейчас мне на полном серьезе хочется…
— Демид!
— Потрогать тебя немного. Ты можешь оттолкнуть, а можешь закрыть глаза, расслабиться и просто получить удовольствие. Поверь, тебе понравится все, что моя рука сделает с тобой.
— Демид… я…
От его слов голова снова кружится, тело превращается в мягкий податливый пластилин. Тяжело устоять, как же тяжело… да и стоит ли… Когда еще… мне будет настолько хорошо…
— Продолжай, — шепчу я одними губами и, как он советовал, просто закрываю глаза, полностью отдаваясь во власть его чертовски умелых прикосновений, в какие-то считанные секунды доводящих до дикого, иступленного умопомешательства.
Когда самолет начинает идти на снижение, Демид поправляет на мне слегка задравшееся платье и пересаживает обратно на свое место. И очень вовремя, потому что к нам заглядывает стюардесса с объявлением, что полет подходит к завершению.
