Мы проходили сквозь ту же толпу, на меня бросали уже более дружеские взгляды, и я смела надеяться, что вся эта молодая элита меня не отторгла.
Уже в автомобиле, пока мы делали оборот вокруг площади, я бросила взгляд на здание клуба, на швейцара, пропускающего очередную наряженную пару, и улыбнулась. Макс бросил на меня цепкий взгляд и спросил:
— Понравилось?
— Да, понравилось, — честно ответила я.
— Тебя приняли, — констатировал он. — И не только Джордж.
— Думаешь?
— Знаю.
— Я для этого ничего не делала.
Секундное молчание и его ответ:
— Ты их не осуждала, но и не лебезила.
— Я всегда стараюсь принимать людей такими, какие они есть.
— Совершенный алгоритм, — усмехнулся он и отвернулся к окну.
Резиденция ""Альбион"" на самом берегу Темзы, как и сказал банкир, была совершенно футуристической — с ее изогнутыми пластичными формами, серо-серебристым металлом, отливающим блеском в вечерней подстветке и стеклянным фасадом, она скорее напоминала прозрачный космический корабль.
Выйдя из машины, я на секунду остановилась и подняла голову вверх, рассматривая этот гений футуристической архитектуры.
— Это здание тебе подходит, — склонила я голову набок, будто примеряя образ Макса к энергетике этого места.
— Пошли, — взял он мою руку и открыл передо мной темную стеклянную дверь в ""космический корабль"".
— Добрый вечер, мистер Рокуэлл, — эхом отозвался голос консьержа в огромном мраморно-стеклянном лобби.
— Здравствуй, Квентин, — улыбнулся Макс, я тоже следом поздоровалась и, заходя в лифт, отметила любопытный взгляд консьержа.
Апартаменты Макса ничем не отличались по стилю и энергетике от самой резиденции ""Альбион""."
"Огромное пространство было поделено на два уровня — нижний был отдан под зал, где можно было играть в футбол, а верхний, сделанный в виде балкона со стеклянными ограждениями, был отдан под спальни, как я поняла.
Здесь все было пропитано энергетикой Макса. И запах — его запах, тонкий, свежий, с щепоткой бодрящего цитруса и успокаивающей мяты.
Как только мы зашли в зал, ко мне ринулся Дэнни, и я, как обычно, села на колени, и обняла его, пока он пытался облизать мое лицо.
— Да, мой хороший, я тоже по тебе очень соскучилась, — гладила я по ухоженной шерсти Немца, а он гортанно гавкнул, умчался куда-то вглубь, а уже через минуту нес мне в зубах свою любимую резиновую игрушку.
— Кто с ним гуляет? — посмотрела я на Макса снизу вверх.
— Иногда мои друзья. Иногда специальный персонал.
