Затем просто поднимает на руки и несет в постель, укутывая в одеяло как в кокон. Раздевается сам и прижимает меня к себе. А еще он молчит. Словно знает, что стоит нам хоть слово друг другу сказать, расковырять только затянувшую болячку, как кровь хлынет."
"– Алло, Игорек, привет. Занят? – слышу сквозь сон и сильнее жмусь к горячему телу, но этого недостаточно, кажется, что я все еще стою под ледяными струями воды. – Да, пригони кого-то из своих девчонок, у меня тут сотрудник заболел. Нет, я не привезу ее.
Сотрудник.
Теперь я просто сотрудник. Тогда зачем он так меня обнимает, зачем заботится. Зачем за меня вступился, почему не выгоняет. Ведь я просто сотрудник.
– Давай, ждем. Да я накрыл, но она все равно дрожит.
Он отключает телефон, а я отодвинуться пытаюсь.
– Мне не нужен врач, мне нужно работать и долго отрабатывать.
– Да лежи уже, идиотка, – тянет к себе и ногой прижимает. Не даёт даже пошевелиться. А я и сама не хочу. Холодно ещё, но так спокойно. – Нахрена ты вчера пошла работать?
– Вы сами сказали?
– А ты разве не поняла, что не в себе был.
Я вообще мало что из вчерашнего дня помню.
Не помнит? Может и секс наш ужасный не помнит?
– Ничего?
– Помню, что трахнул тебя.
– А потом грязную в зал отправили.
Он замолкает, шумно дышит мне в висок.
– Могла бы и не слушаться.
– Не могла.
– Могла.
– Нет.
– Когда ты вообще меня слушалась? Все время все наоборот делала.
– Я вас подставила.
– Это точно. Почему не пришла? Почему не сказала ничего? Я ведь вроде сказал, что готов ждать, готов, блять, строить эти самые отношения.
Или ты меня за пиздобола считаешь?
Ну а что сказать? Что испугалась за брата, что просто не хотела быть изнасилованной? Или скорее всего все проще.
– Брат у меня один, а с вами у меня было только «вроде», – хотел честно? Да подавись!
Игнат молчит, да и что на это ответишь.
– Так заботишься о брате, что уже сутки даже им не интересуешься?
Я открываю глаза и на Игната смотрю. Лицо серьёзное, а глаза меня буравят.
– Он должен был уехать, у нас… – честно так честно.
– У нас были билеты.
– Никуда он не уехал, а к Захару поперся.
– Зачем?
– Тот пообещал с продажи квартиры ему кусок отрезать.
– Врешь?! – кричу я, срывая с себя одеяло. – Он бы не стал со мной так поступать!
– Мы уже на «ты»? Приятно. А брата твоего я в армию отправлю, чтобы глаза мне здесь не мозолил и тебя больше не подставлял.
– Да какое ты имеешь право решать? – уже вскакиваю и мне плевать, что падает полотенце.
