– Совесть класса, – заискивающе заглядывает мне в глаза Шарлыкин. Отворачиваюсь, стараясь сдержаться. Только бы не врезать по этой розовощекой харе. Только бы не размазать по стенке довольную жизнью и собой гниду.
– Начинай петь, – приказывает Суровый Толяну. – У нас времени мало, сам понимаешь. Запрем тебя здесь до утра. А утром ментам сдадим обосранного. Скажем, обнаружили в хранилище старого друга, бриллианты с изумрудами спереть хотел.
– Ты не посмеешь, – лепечет Толик.
– Еще как посмею, – угрожающе нависает над ним Макс.
– У меня давно карт-бланш, суслик.
Не понимаю, о чем речь. Но Шарлыкин дергается. Значит, рыло давно в пушку. Видать, еще со школы.
– Рассказывай, Толя, – прошу вкрадчиво. Потираю кулаки, пытаясь обуздать ярость.
– Да нечего тут рассказывать, – хмыкает Толян. – Я, еще когда мы в Стокгольм летели, заметил, как ты фотку разглядываешь. Залип на какой-то телке."
"– Она не телка, – рычу не сдерживаясь. Давлю взглядом. За малым умудряюсь не всечь.
– Ладно, допустим, – трусливо сжимается Толик.
Вроде бы сам не маленький, но дать отпор не может.
– Я увидел, как ты на фотку пялишься. А в начале сентября заехал за теткой в школу. Ну, мать попросила, – разводит он руками. – И тут идет твоя краля. Вся такая деловая. Я у тетки спросил, кто и что.
– Какая еще тетка? – бурчу, не понимая.
– Зоя Федоровна, физичка наша, – встревает в разговор Суровый. – Ей на том свете уже прогулы ставят. А все туда же. Ни ума, ни совести…
– Да пошел ты, – обиженно огрызается Толян. – Трояк тебе в аттестат влепила, правильно сделала.
– Дальше, Хмырь, – требую, внезапно вспомнив школьное прозвище.
Толян смотрит на меня осуждающе. Не любит, когда старым погонялом кличут. Но продолжает монотонно бубнить.
– Взял я координаты. Полазал по социальным сетям. И быстренько нарисовал девчонке офигенное прошлое. Тиндер, инста… Все дела.
– Зачем?
– Да чтобы ты не клюнул, Рус! Переспал бы разок и пошел дальше.
– А тебе с этого какая выгода?! – ору, не сдерживаясь. – Ты же не для себя Свету отбить хотел.
Зачем грязью измазал?
– Да ну какая там грязь, глупости, – отмахивается Толик. – Она бы и не узнала ничего, если б ты со своими миллионами не влез.
– Ладно, допустим, – давлю взглядом, стараясь взять себя в руки. Только бы не убить этого козла. Дай, Господи, сил сдержаться. Выдыхаю. Потом делаю глубокий вдох. – А как скрин у тебя оказался, баклан?
– Светка, лохушка, телефон на столе кинула, а Зойка воспользовалась, – будто баба, причитает Толик.
