– Старшая дочь, возможно, встречалась с женой Корзухина в вечер ее гибели.
– Возможно?
– Доказательств нет.
– Так найди.
Вот за что я люблю Деда: сказал, найди, и ему по барабану, как я стану это делать.
– Ищу, – ответила я, не тратя напрасных слов на его вразумление.
– Она могла быть причастна к ее гибели?
– Помнится, речь у нас идет о несчастном случае, – напомнила я.
– Менты тоже могут ошибаться.
– Эксперты вряд ли. Если только под чьим-то чутким руководством.
– Вот видишь, – кивнул Дед, совершенно не уловив иронии.
– Дожимай его.
– Если бы ты намекнул, зачем все это… – начала я.
– Неужели не ясно? Я должен знать о нем все. К тому же, если там что-то есть, его недруги непременно докопаются. Лучше быть готовым к неожиданностям.
«Это кто у нас такой шустрый?» – мысленно усмехнулась я. Зная, кто стоит за спиной Корзухина, враги на счет «раз» затихнут. А если нет… то я им не завидую.
– Ментов к этому делу не подпускать, – сказал Дед. – Если возникнет необходимость в их помощи, обращаться только к людям проверенным.
Твой Вешняков тебе не откажет. И пусть помалкивает.
– У Вешнякова своих дел полно.
– Знаю я его дела, только жалуется, что зарплата маленькая. Раскрываемость ни к черту, вон сводка лежит.
– Тем более надо за раскрываемость бороться, а не носиться с этой дамочкой. Кстати, по опыту знаю, сфабриковать дело гораздо проще, чем без толку искать черную кошку в темной комнате. Впрочем, как и развалить при необходимости. Так что, если проблема в этом, мы бы сэкономили время…
– Заткнись, – Дед хлопнул рукой по столу.
– Тебе сказали: выверни этого парня наизнанку. Ничего не найдешь – хорошо, а найдешь…
– Еще лучше, – подсказала я.
– У меня ни малейшего желания препираться с тобой, – вздохнул Дед."
"Теперь у меня не было сомнений: Дед ищет компромат на Корзухина. И тут все сгодится: жены, дочки… каждое лыко в строку. Луганский сомневался в выборе Деда, подозревая, что Корзухин не совсем удобный для него человек. Как из неудобного сделать удобного, Дед знает очень хорошо.
Он такой, какой есть. Его можно принимать таким или не принимать. Беда в том, что безоговорочно вычеркнуть его из своей жизни я не могу, не могу из-за дурацкой убежденности, что виновата перед ним. И в том, что он стал тем, кем стал, – тоже. Все могло быть иначе, если бы много лет назад…
– Здорово тебе досталось? – с чувством просила Ритка. Я стояла в приемной в трех шагах от ее стола.
– Умеренно.
– Я уже по голосу поняла, что он чем-то недоволен.
