Преследовала уверенность, что эта сволочь не остановится — просто затаилась, переждет и вновь обрушится на город! О том, что мне самой угрожает опасность, я часто забывала. И только вечером при подходе к дому включался предохранитель в голове, и я начинала осматриваться, входила в подъезд вместе с соседями, пулей вылетала из лифта, вваливалась в квартиру. Туманов был вечно занят, да и не требовались мне сопровождающие! Подозрительных звонков не было, Малеев не возвращался, что, кстати, начинало нервировать.
Принимать его обратно я бы не стала, просто было странно, не похоже на него. Нашел кого-то лучше, чем я? Елкина приняла таким, какой есть? Но по большому счету все это было неважно. Преступник сделал паузу, выжидал. Патрулирование в городе продолжалось, привлекались все силы милиции и добровольной народной дружины. У горожан повысилась бдительность — ложным вызовам наряда было несть числа. Подозрительных отправляли в КПЗ, проверяли. Оперативники пошучивали: «А город подумал, ученья идут».
Работал принцип: лучше загрести сотню невиновных, чем пропустить одного виновного. В моей работе помог подполковник Хатынский, спасибо ему огромное. Саму бы никуда не пустили и не стали бы откровенничать перед «пигалицей». В бытность Бережного Павла Лукьяновича милиция действительно не преуспела. Главным в работе считались показатели, а не реальная победа над преступностью. Сталинские времена прошли, компетентные органы расслабились. Я ходила по адресам, которые подкидывал Виктор Анатольевич, говорила с людьми, рылась в старых архивах.
И нашла одно дело, в котором милиция проявила недостойное бездействие! В колодце теплотрассы на Садовой нашли труп ребенка. Сколько он там пролежал, одному богу ведомо. Лежал бы и дальше, если бы у пацанов случайно не укатился мяч. Находку зафиксировали летом шестидесятого года. Тело полностью разложилось, остался один скелет. Эксперты сделали вывод, что останки принадлежали девочке от восьми до двенадцати лет. Снимали ли скальп, неизвестно — над трупом потрудились крысы.
И не знали в то время, что жертв скальпируют, кто бы стал проверять подобные вещи? Уголовное дело не заводили! Невероятно, но факт. Предложили дикую версию — девочка играла возле теплотрассы и случайно упала. Ведь никто не заявлял о пропаже ребенка. Почему так вышло, тоже выяснили. Следователь Панайотов был уже на пенсии и сильно пил — видимо, заливал алкоголем угрызения совести. Еще одна неблагополучная семья.
