На место прибыла опергруппа — вот только меня не поставили в известность. Конечно, кто я такая? «Решили поберечь твои нервы», — позднее объяснил Туманов. Из земли зловеще скалился маленький череп. Гражданин Ахмедов заламывал руки, взывал к Всевышнему. Будь проклят тот день, когда он купил этот участок. Почему не насторожила низкая цена? Из земли извлекли скелет — вернее, то, что от него осталось. Кости вынимали практически весь день, после чего отвезли на экспертизу. «Ребенок, — мрачно резюмировал Головаш.
— Девочка. Лобковая кость еще не сформировалась. Точно возраст определить нельзя, навскидку лет девять-двенадцать». — «Долго ли труп находится в земле?» — «Долго, — ответствовал эксперт. — Ответ не даст даже экспертиза. Годы, десятилетия — устроит?» Похоже, и у него сдавали нервы.
Гражданина Ахмедова задерживать не стали, но допросили тщательно. К Сибири до последнего месяца он никакого отношения не имел. Всю сознательную жизнь прожил в Татарской АССР. Потом влюбился в простую сибирскую девушку, и началась бессознательная жизнь.
Обменял жилище в Казани на квартирку в Красноярске, потом случилась печальная история (из разряда «с любимыми не расслабляйтесь»), и оставшихся денег хватило только на покупку запущенного участка в сибирской глуши. Возвращаться на родину гражданин Ахмедов не хотел — было стыдно перед родными. И вот нате вам, вырыл, называется, погреб… Следы особы, продавшей участок, в принципе, нашлись, а вот дальше было сложно.
Проживали безвредные пенсионеры, прибывшие с Дальнего Востока, но уже после пятьдесят девятого года. Опрашивали старожилов, и вскрылась неутешительная информация, что с пятьдесят восьмого по шестьдесят первый год дом на улице Рылеева пустовал…
Я заглянула к Туманову незадолго до конца рабочего дня. Он никуда не собирался, сидел в окружении странных предметов. Вздрогнул, устремил глаза куда-то сквозь меня.
— Входи, Маргарита Павловна. Присаживайся. Могу чай приготовить.
— Спасибо, Михаил Сергеевич, не хотелось бы вас обременять.
Есть новости, нет? Или что это было с лицами людей капитана Горбанюка?
— Кое-что отыскали. Эти люди, оказывается, тоже могут работать. Случай помог, но это не важно. В середине ноября пятьдесят девятого года из детдома на улице Рябиновой пропала воспитанница Даша Малиновская. Девочке было одиннадцать лет, ее не нашли ни живую, ни мертвую, уголовное дело не заводили.
— Почему? — не поняла я.
