Она довольно крепко выпила и в одном из баров позволила какому-то молодому человеку ухаживать за собой, и, насколько я понимаю, ей это даже нравилось. Так что она предпочла другую компанию и не захотела возвращаться домой с Карлом. Лишь только после того, как Карл вернулся домой, он заметил, что в автомобиле остался ее кошелек. Он поднялся к ней в комнату, чтобы оставить кошелек у нее на столе, и лишь тогда заметил, что в кошельке лежит бриллиантовый кулон, который я искала все утро, Карл пришел ко мне, и я решила провести личное расследование.
С того времени, как у нас появилась мисс Риджис, у нас начали пропадать некоторые вещи, но я не придавала этому особого внимания, считала, что, возможно, я сама клала их не в то место. У мисс Риджис была нечистая совесть, так что она убежала, как только я вошла к ней в комнату. Я несколько была взволнована тем, что она не вернулась, но, поскольку я не намеревалась вызывать полицию для рассмотрения вопроса о воровстве, то сочла, что вряд ли смогу что-нибудь сделать, кроме того, что лишь ждать ее возвращения.
Несомненно, у нее достаточно знакомых как мужского, так и женского пола, с которыми она имеет полное право провести ночь.
Барстлер посмотрел на Мейсона.
— Это удовлетворяет вас, Мейсон?
Мейсон несколько неуверенно пожал плечами.
— Когда она пришла ко мне в офис, у нее был синяк под глазом. Кто-нибудь из вас знает что-нибудь об этом?
Госпожа Барстлер посмотрела на Карла.
Карл сказал:
— Когда она пришла домой, у нее уже был синяк. Мне кажется, что тот человек, с которым она фривольничала в баре, может что-нибудь сказать по этому поводу.
— Кроме того, я сомневаюсь, что это последний синяк, который она получила, — заметила госпожа Барстлер и добавила несколько презрительно: — Женщина подобного поведения…
Некоторое время была тишина, а затем жена Барстлера вновь повернулась к Карлу.
— Почему ты не настоял привезти ее домой, Карл?"
"Жест, который сделал Карл Фредч своей рукой, должен был означать, вероятно, что он отмахивается от чего-то очень неприятного.
Столь хорошо рассчитанный и прекрасно выполненный жест привел бы в восторг любого режиссера.
— Она вела себя грубо, — сказал Карл таким тоном, как будто это навсегда и полностью закрывало данный вопрос.
Барстлер повернулся к Мейсону.
— Вы удовлетворены? — спросил он.
— Нет.
Барстлер вздохнул.
— Вы хотите задавать вопросы или я их должен задавать?
— Я хотел бы задать один или два вопроса, — сказал Мейсон.
— Пожалуйста.
