Я представляю интересы Белл Эдриан, а вы — Карлотты.
Лицо Харви Делано вспыхнуло от злости, он резко вскочил на ноги: «Прекрасно, Карлотта. Пошли».
— Спокойной ночи, — сказал Мейсон, когда они направились к двери.
— Спокойной ночи, — ответила Карлотта.
Харви Делано ничего не сказал."
"Когда дверь за ними захлопнулась, Мейсон повернулся к Делле Стрит: «Это облегчает дело».
— Не были ли вы с ним немного жестким? — спросила с сочувствием Делла Стрит.
— Это было необходимо. Или она его клиентка, или моя.
И потом в моей работе была помеха, которая теперь устранена.
— О чем ты? — спросил Дрейк.
— Я не знал, то ли Карлотта прикрывает свою мать, то ли мать покрывает Карлотту.
— Ну, а теперь ты знаешь?
— Меня это теперь абсолютно не волнует, — сказал Мейсон, усмехаясь. — У меня свой клиент, у Делано свой.
10
Личный офис Перри Мейсона здорово напоминал штаб-квартиру кандидата в ночь выборов. Армия клерков была занята составлением таблиц, четыре телефониста выкрикивали номера, четыре временно взятых секретарши записывали эти номера.
Часом раньше Мейсон изложил свою теорию: «Медвежья долина находится в ста девяноста милях отсюда. Те, кто там живет, не имеют ничего общего со здешними жителями. У Кашингов были друзья и интересы здесь, а также деловые интересы в Медвежьей долине. Но там, в Медвежьей долине, у них не было близких, друзей.
Допустим, миссис Эдриан говорит правду, что она была дома, когда услышала женский крик со стороны коттеджа Кашинга, и что Карлотта в это время тоже была дома.
Та, другая женщина, была, должно быть, достаточно близка с Артуром Кашингом, чтобы находиться у него в коттедже в полтретьего ночи. В таком случае, по логике вещей, она обязательно будет присутствовать на похоронах сегодня».
— Но ты не успеешь проверить все номера, — возразил Дрейк.
— А мы и не должны, Пол. Мы просто составляем список и ищем повторения номеров. Их не должно быть много.
Дрейк задумался и вдруг воскликнул: «И ты придумал все это до восьми часов утра в воскресенье и в течение получаса после прихода миссис Эдриан».
Делла Стрит ответила: «Вот за это люди ему и платят, Пол, — за то, что он думает».
— Да, на этот раз он точно думал! — воскликнул Дрейк.
В двух милях от них, в вычурно украшенном ритуальном зале, на убранной цветами стойке был установлен гроб с телом Артура Кашинга. Священник закончил свою службу, слышалось лишь тихое пение невидимого хора.
