Вы бросаетесь предупреждать вашу дочь, и это будет худшее, что вы можете сделать. Это будет выглядеть так, будто вы сами считаете ее виновной, а… Боже мой, миссис Эдриан, дайте же мне передышку. Я пытаюсь выложить карты на стол. Если вы можете объяснить мне эти факты, то объясните, и сделайте это сейчас.
— Я считаю, вы полностью правы, шериф, — мягко сказал Мейсон. — Думаю, вы ведете себя справедливо, и я думаю, что миссис Эдриан сможет все объяснить в свое время.
— Это время уже пришло.
Мейсон покачал головой: «Нет, пока миссис Эдриан находится в таком состоянии».
— Я не заметил, чтобы ей было совсем плохо. В общем, что касается меня, я хотел бы сейчас же поговорить с мисс Карлоттой.
Шериф сделал знак помощникам, и все вышли из дома.
Белл Эдриан нервно сжала кулаки, прижав их к побелевшим губам.
Мейсон обождал, когда дверь закроется, затем спокойно подошел к телефону, спросив у миссис Эдриан: «Какой у вас номер телефона?»
— Два, четыре, восемь. Боже мой, это Карлотта убила его!
Мейсон заказал номер через телефонную станцию, затем сказал: «Карлотта? Это Перри Мейсон, адвокат.
Сейчас к вам направляется шериф и несет револьвер, найденный футах в тридцати от брошенной вами машины… Да, да… А теперь слушайте. У нас нет времени на обсуждение. Просто скажите шерифу, что отказываетесь делать какие-либо заявления до тех пор, пока не проконсультируетесь со своим адвокатом; что кто-то пытается повесить на вас убийство и что вы ничего не скажете, пока не узнаете, кто это. Неважно, что произойдет; неважно, какие побудительные мотивы они попытаются вам внушить; неважно, чем они будут запугивать — не говорите ни слова… У меня нет времени это обсуждать, Карлотта.
Ваша мать здесь, и я говорю и от ее имени».
И он повесил трубку.
— Теперь, — обратился он к миссис Эдриан, — я хочу знать, зачем вы ходили в коттедж Кашинга и когда…
Она взглянула ему в глаза и сказала со спокойной решимостью: «Я не ходила и не знаю, кто ходил. Это была не Карлотта. Там могут быть следы на инее, но они также покрыты инеем.
Им и за тысячу лет не узнать, чьи это следы».
— Они не ваши?
— Нет, не мои и не Карлотты… А сейчас, мистер Мейсон, давайте с вами договоримся вот о чем. Если они найдут неопровержимые улики против Карлотты, я подскажу ей легкий выход. Тогда я… Как это называется — возьму всю ответственность на себя.
— В этом случае вас могут признать виновной в убийстве первой степени, в то время как ваша дочь, если докажет, что защищала свою честь, может быть оправдана.
