Коньяк дорогой, когда первый бочонок опустеет, кого вы пошлете за вторым? Конечно же, Порфирия, нельзя такую ценность доверять кому попало. Да и всем вечером распоряжался фамильяр. В этом и был план: как только Порфирий спустится в подвал, чертовка должна была напасть. Сожрать вас и сбежать через окно.
Афанасий сделал эффектную паузу, с удовлетворением отметив, что Шувалов от волнения даже приоткрыл рот.
– Вот это прохиндей, я вам скажу! Как в голову-то пришло? – только и сумел выдавить начальник.
– Хитрец. – Афанасий усмехнулся в усы.
– Да только со всей своей хитростью князь попал-таки впросак. Мы с Владимиром и Резников с Иннокентием на приеме оказались. Так-то чертей обычно внизу держат, в залу к господам не пускают. А тут незадача образовалась. Но чертовка, видимо, решила, что успеет. Хех, не тут-то было. Выдала она себя, сама того не зная. И мы ее за хвост прихватили."
"– Ох, – вздохнул Шувалов, – не иначе Господь меня надоумил наградить двух колдунов совместно с чертями. Думал еще: «Покажу всем гостям, какие бравые и грозные молодцы у нас в Канцелярии служат».
И не ошибся. Вот только кончилось ли это дело? Надо же теперь изловить ту «особу», что должность Куракину обещала. Говоришь, под личиной черт на посылках бегал? А сие означает: было что скрывать, ой было. Как бы его истинную форму узнать? Я же, Афанасий Васильевич, по долгу службы всех фамильяров, принадлежащих благородным особам, что к матушке Елизавете приближены, в лицо знаю. И не только в лицо, еще и по именам, и по рангам.
Афанасий щелкнул пальцами. Направляясь в гости к начальнику, он даже не думал, что все сложится настолько удачно.
– А позовите еще раз вашу новую горничную, ваше сиятельство. Как вы ее назвали?
– Аксинья. Ну сам взгляни, вылитая Аксинья. – Граф позвонил в колокольчик. – А на что она тебе? Я же не просто ее допросил, а, почитай, наизнанку вывернул.
– В любой изнанке есть уголки и кармашки, – глубокомысленно заметил Афанасий. – Ваши враги самоуверенные больно. В памяти Куракина и не было толком ничего, за что стоило черта моего казнить.
А вот главного свидетеля они упустили. А все потому, что разумник вы большой, ваше сиятельство.
Афанасий решил, что немного польстить начальству, особенно вполне заслуженно, лишним не будет. Тем более что граф тут же расплылся в довольной улыбке.
В этот же момент дверь открылась, и появилась чертовка Аксинья. Опустив голову, она встала на пороге, ожидая приказа.
– Ну, Афанасий Васильевич, спрашивай.
