Рядом с ним с пустым кувшином в одной руке и с довольно легким, судя по всему, пакетом в другой, не делая ни малейших попыток помочь младшему товарищу, шествовал еще один член Республики – Хосе.
А сама Ана вообще шла налегке, перекинув через плечо полотенце.
Подойдя ближе, сеньор Афонсу с грохотом водрузил на брусчатку тяжелый таз и выдохнул.
Педро посмотрел на троицу с явным интересом.
– Фу-у… – сморщила нос Ана, – как-то вы, ментор, неважно выглядите и пахнете. – Парни, – скомандовала она, махнув рукой.
Тут же Хосе, зачерпнув кувшином воды из тазика, подошел и принялся лить воду Педру на макушку. А юный Афонсу, стараясь не морщиться, начал елозить ладонями по лицу и волосам, пытаясь смыть все нечистоты, которые их покрывали.
– Надо было взять мочалку, – пробормотал он.
– Надо было. Что же не взял? – усмехнулась Ана.
– Стойте, – дернул головой Педру, – то, что вы делаете, недопустимо. Это не наказание.
– Да ладно? – Ана прищурилась. – Мы вас калечим? Нет. И ни одного так любимого вами правила мы не нарушили.
А значит, вы обязаны терпеть все, что мы с вами делаем, так?
Возразить было нечего. Педру послушно позволил вылить на себя тазик воды. Ана сняла с плеча полотенце и тщательно вытерла ментору лицо и волосы.
– Вы ведь обязаны покорно терпеть все, что мы делаем с вами, я правильно понимаю суть этого наказания? – усмехнулась юная колдунья.
– Да. Именно так.
– И даже если мы… покормим вас, вы не укусите, не будете отплевываться?
– Да, – подтвердил Педру.
– Отлично.
Афонсу!
Мальчик схватил пакет и вытащил из него круассан, явно оставшийся от ужина. От круассана пахло сыром и ветчиной. Ана взяла его в руки и, слегка склонив набок голову, велела:
– Открывайте рот, раз так.
Педру даже понять не успел, когда и как умудрился съесть всю снедь, что они принесли в пакете.
– Какой молодец. – Ана потрепала его по волосам, как кошку.
А потом повернулась и махнула рукой своей команде:
– Все, уходим.
Сеньор Афонсу поднял таз и попытался запихнуть его под мышку.
Таз выскользнул и ударился о мостовую с громким звоном.
– Руки мокрые, – пожал плечами мальчик.
– И кривые, – добавил Хосе. Но в его голосе не было даже намека на осуждение.
Все трое рассмеялись настолько беззаботно, что Педру поднял голову и смерил студентов долгим взглядом.
– Почему? – наконец спросил он.
– Что? – оглянулась Ана.
– Почему вы это делаете? Вы же меня терпеть не можете.
– Вас? – Девушка сдвинула брови. – Ничего подобного.
