– Вот что, – ведьма почесала Льва Николаевича между ушами, – ты узнал, где живет тот колдун, что арестовал Николая?
Кот муркнул и запрыгнул на кровать, изобразив спящего.
– Понятно. Значит, он дома и отдыхает. Николай, судя по слухам, неплохо его приложил. Жаль, что ты не можешь ничего рассказать, ну да ладно. Найди теперь, где обретается та девица, что служит в ювелирном. Адвокат не дал ее адреса, а мне бы с ней потолковать. Тем более, если она ждет обещанных денег. До вечера справишься?
Кот соскочил с кровати и утвердительно мявкнул.
– Вот и отлично, – сказала Мила. – Иди сюда, я купила почки и легкое. Поешь и беги на поиски. Вечерком наведаемся к дамочке.
Однако добраться до свидетельницы получилось только к ночи. Лев Николаевич долго караулил возле ограбленного магазина, а барышня за освещенными окнами все прибиралась и протирала витрины. Наконец она вышла, баюкая на груди раненую руку. Ей бы в больницу, или хотя бы полежать дома… Но разве зажравшийся богатей, хозяин магазина, позволит своим работникам такую вольность? Выгонит на улицу, и дело с концом.
Льву Николаевичу стало жаль бедную девушку. Она шла по улице, кутаясь в тонкий, совсем не по сезону жакет, и ее так сильно качало от усталости, что крадущийся следом кот опасался: не упала бы.
Проводив барышню до дома, Лев Николаевич дождался, когда она зайдет, и помчался за Милой. Отвел ее к квартире и притаился у стены.
Мила негромко, но настойчиво постучала.
Лев Николаевич уловил шаги в прихожей, но дверь не открылась. И Мила постучала снова.
На этот раз раздался тихий и встревоженный голос:
– Кто там?
– Извините, что так поздно, – также негромко проговорила Мила, – дорогая, откройте, пожалуйста. У меня важное дело."
"– Что за дело? – Видимо услышав женский голос, девушка успокоилась. Дверь скрипнула, приоткрываясь. Однако до конца не распахнулась, удерживаемая цепочкой.
– Я бы хотела поговорить о неприятном эпизоде, случившемся с вами вчера.
– Вы репортер? Я не хочу разговаривать.
Дверь захлопнулась.
– Я не репортер, а акушерка, – хмыкнула Мила и, наклонившись к замку, зашептала:
– Меня зовут Людмила Оффенбах.
У вас утром был адвокат. Это я его наняла.
Ответа не последовало. Но Лев Николаевич слышал, что девушка замерла в прихожей и никуда не уходит.
– Хорошо, – громко произнесла Мила, – тогда я навещу вас завтра.
Дверь с тихим скрипом снова приоткрылась.
– Вы действительно Людмила Оффенбах?
– Зачем мне врать?
– Заходите. – Цепочка звякнула. – Я знаю о вас.
