Слушать Льва Николаевича дивы первого класса считали ниже своего достоинства и только и норовили сожрать. А слабые зверодивы не понимали идей революции и в страхе разбегались. Да и не подойдут для сложных операций зверодивы, слишком уж плохо себя контролируют и дуреют от крови. Лев Николаевич и то еле сдержался, чуть не слопав продавщицу.
Досадный эпизод, конечно… но все же его распирало от гордости. Задрав хвост трубой, кот прыгал по крышам, с удовольствием вспоминая, как опытный полицейский див записал его в первый класс.
И не потому, что сила Льва Николаевича уже приближалась к переходу, а оценив ум, хитрость и выдающиеся способности. Интересно, если сожрать Вертемягина, получится достичь нужного для перехода уровня? Или силы мерзкого колдунишки окажется недостаточно? Прежде Лев Николаевич никогда не ел людей, а если и ел, то ничего об этом не помнил. Сколько надо сожрать, чтобы стать дивом первого класса? Трех? Десяток? Ничего, он начнет с Вертемягина и постепенно сожрет нужное количество ненавистных сатрапов и угнетателей.
Но прежде надо спасти хозяина.
Дверь Мила открыла сразу, стоило поскрестись. Ждала. И прямо на пороге сообщила:
– Приходил адвокат. Николай изображает «захват дивом» и сумасшествие. Очень правдоподобно, надо отметить, даже адвокат засомневался и спросил, имеется ли у нас див, способный на такое. Я подтвердила, что ты имеешься. Но сказала, что с момента задержания Николая без понятия, где шляешься. Так что не попадайся на глаза.
– Мя-я! – подтвердил Лев Николаевич.
Он и сам отлично понимал, что попадаться на глаза адвокату не стоит. Сдаст, сочтя опасным.
– Есть еще интересная новость, – продолжила Мила, – продавщица из магазина почему-то обманула жандармов, описала грабителя совершенно не похожим на Николая. А про тебя и вовсе ничего не сказала. Ты знаешь, в чем дело? Николай пообещал ей денег?
– Мя-я-у… – Лев Николаевич мотнул головой, раздумывая, как объяснить Миле, что барышня из магазина оказалась будущим боевым товарищем.
К тому же хозяин ее спас. Это ж придумать надо – терять сознание от вида крови! Какие же люди хрупкие, особенно дамочки…
…Хотя Мила хрупкой совсем не выглядела. Когда она делала свою работу, Льва Николаевича всегда выставляли из дома. Он ждал на улице до тех пор, пока из парадной, держась за живот, не выходила очередная бледная девица. А в квартире настолько сильно пахло кровью, что не оставалось никаких сомнений: Мила от ее вида точно в обморок не упадет.
