– Папа всегда с кем-то сражался, потому что остро чувствует несправедливость, и мама его всегда поддерживала, потому что он прав. Я чувствую, что и ты прав.
– Спасибо.
Юна снова рассмеялась, коснулась его щеки пальчиками.
– Я не люблю этого слова, оно осколок христианизированного «спаси бог», а меня спасать не надо. Пат… папа говорит – благодарствую.
– Хорошо, благодарствую. Кстати, как нога?
– Всё здорово! Втираю в колено гель, но оно уже не болит, ходить намного легче.
– Марш на кухню!
– Есть, товарищ главнокомандующий! – Юна коснулась виска ладонью, убежала.
Роман посидел, улыбаясь, несколько секунд, чувствуя небывалый душевный подъём, и сосредоточился на проблеме."
"«Обнять» Москву удалось с первой же попытки. А вот разобраться в её сложнейшем психоэмоциональном «муравейнике» Роман смог только ценой неимоверных усилий: спустя четверть часа он даже хотел выбраться из «муравейника» обратно, так как негативных структур, облаков и вихрей, а также смердящих «трупных пятен» в нём было слишком много.
Однако заговорило самолюбие, и он остался внутри гигантского призрачного массива психоэнергетических образований, пытаясь найти ту, которая была, по его представлению, похожа на намерение совершить теракт.
И ведь нащупал!
Сначала через город (в его мысленном отображении) протянулась извилистая чёрная «лиана», вскипающая колючками и шипами.
Роман проследил за её извивами сначала в одном направлении, потом в другом и вычислил координаты обоих «трупных тупиков».
Один торчал в скоплении зданий на юге столицы, второй располагался внутри большого дома недалеко от Третьего кольца в Дегунино. Он запомнил месторасположение «тупиков», выпал из ментального пространства и кинулся к атласу московских улиц.
Первый «тупик» совпал с Управлением внутренних дел Медведково. Второй – с корпусом Московского института педиатрии и детской хирургии на улице Талдомской.
– Чудо-юдо из Талдома! – пробормотал Роман.
В комнату ворвалась Юна.
– Всё? А то я жду, жду, стараюсь не мешать, уже кашу сварила, овощи тушу.
– Молодец! – Он усадил её на колени, прижался лицом к груди. – Ты вкусно пахнешь!
– Овощами? – лукаво спросила Юна.
– Звёздами.
– Правда?
Он поднял лицо. Несколько секунд они не сводили друг с друга глаз. Потом Роман вспомнил, что не завершил поиск.
– Мне нужна ещё пара минут.
– Хорошо, посижу там. – Она умчалась, лёгкая и стремительная.
