Лена высунула голову из двери и вдруг заметила, что прямо на нее по коридору движется вальяжным шагом профессор Аристархов. Проскочить к лестнице незамеченной Лене не удалось бы – профессор был почти рядом. Она решила подождать, пока он пройдет, но вдруг, по иронии судьбы, он направляется именно в эту комнату? Лена в панике призвала на помощь Господа и заметила в углу еще одну маленькую дверцу, которая была закрыта, но в замке торчал ключ. Повернув ключ, Лена выскочила в маленький темный коридорчик и остановилась, не зная, что ей теперь делать.
"
"Одно было правильно: то, что она не стала ждать в той комнатке, где оставила картину, потому что дверь скрипнула и совсем рядом раздался густой баритон профессора:
– Михаил, ты здесь?
Поскольку никто не отозвался, профессор шагнул в комнату и остановился у мольберта. Лена все видела в щелочку. Минуты две он внимательно смотрел на картину, причем не выразил никакого удивления, после чего преспокойно снял ее с мольберта, свернул в трубку и спрятал в специальный футляр.
Напоследок он еще раз оглядел комнатку, вполголоса ругнул какого-то Мишу, который шляется неизвестно где, а все двери нараспашку, забрал футляр с картиной и вышел с видом человека, твердо знающего, чего он хочет. Если бы Лена знала профессора Аристархова получше, она бы не удивилась: это было всегдашнее его выражение лица.
В полном изумлении Лена застыла у двери. Человек совершенно случайно нашел картину, которую несколько дней назад украли из Эрмитажа.
Не узнать картину он не мог – все же профессор, специалист по технике живописи. И вместо того, чтобы ахать и охать, вызывать полицию, он преспокойно кладет ее в футляр и уносит.
«А ведь полицию и вызывать не надо! – вспомнила Лена. – Ведь она тут гуляет, по коридорам, и что-то выспрашивает. И профессор знает, что полиция здесь, он разговаривал с тем типом без шеи».
Это было выше Лениного понимания. Нужно было уходить и докладывать обо всем Надежде Николаевне – это была ее идея по поводу Академии художеств, пускай она и разбирается.
Однако пройти через комнатку девочка боялась, поэтому не колеблясь толкнула еще одну дверь, которая выходила в маленький коридорчик. Хуже, чем есть, уже не будет!
Эта дверь тоже оказалась незапертой – похоже, в Академии художеств работали доверчивые люди. Комнатка была такая же маленькая, и вся завалена кусками дерева, папье-маше и другими материалами, коим Лена и названия дать не могла.
