Он вытянул в сторону телевизионщиков красную руку с фигой. – Они нас с «пульс старами» объегорили, а мы положим большой рабочий болт на их съемки. Так, Степан? – он толкнул брата.
Степан пока промолчал. Закусив губу, он напряженно думал.
Ганин посмотрел на краснорожего Серегу, вспомнил, что это он не далее как сутки назад агитировал всех делать так, как велел губернатор, и сказал – специально, чтобы Серегу позлить:
– Я за съемки.
– Что? – Серега так и подскочил, не веря своим ушам. – Что ты говоришь, Андрюша? Ведь ты же давеча готов был удавиться, только бы не идти?
– Передумал! – огрызнулся Ганин.
Поняв, что иного от него не добиться, Серега вновь метнулся к брату, дернул его за рукав.
– Степа! Степан! Ну а ты-то? Ты за что?
– Вообще-то, Серень, ты только не обижайся, – помялся Степан. – Но вообще-то…
– Чего мямлишь?
– Вообще-то я за кино!
– Ты же мне брат, Степан! – попробовал воззвать к братской совести Солодовников-младший.
И тогда Степан взялся объяснять:
– Ну вот подумай.
Мог ты себе представить, что ты, деревенская дубина… – услышав в свой адрес про «дубину», пьяный Серега сжал кулаки, но Степан и бровью не повел. – Дубина, дубина, чего уж там… И вот мог ты себе представить, Сереня, что про тебя снимут кино? И не просто кино, а такое, где ты – герой. И в руке у тебя вражеская трофейная пушка. И смотришь ты, Сереня, в камеру, ну точно как Рэмбо…
Опрокинув еще по кружке, разгоряченные, наскоро набросали план. Решено было так: они и дальше идут в сторону Мысков, куда направлялись изначально.
Но по пути устраивают спектакль: собирают все, что осталось после ухода Фоки, – патроны, ржавые каски, звезды с погон – и по ночам разбрасывают, присыпая землей, вокруг лагеря. С утра начинают «копать»: перед камерой ходят с металлоискателями, которые звенят без умолку, и вынимают из земли то, что зарыли накануне. Стараются быть компанейскими парнями. Много улыбаются и дают интервью.
Глядишь, и правда будет кино. Глядишь, и они там выйдут приличными людьми.
Глядишь, и правда выгорит им индульгенция.
Подвели итог: «Решено?» – «Решено!» И ударили по рукам. Потом позвали телевизионщиков – знакомиться.
– Подходи, ребзя! Водки нальем! – позвал Серега, забыв, что пять минут назад собирался намылить телевизионщикам шеи. Перспектива стать новым Рэмбо, кинозвездой отодвинула месть на задний план.
От выпитого Серегу качало, как шлюпку в море, и поначалу телевизионщики, глядя на него, боялись приближаться.
