Старик развернулся и с безумной улыбкой поспешил в сторону городка.
На главной улице собирался народ. Люди молча глядели на пришельцев, затем расступились, пропуская их. В лицах жителей Нимандр увидел такую безучастную тоску, а в глазах – такое опустошение и неприкаянность, что вынужден был отвернуться.
Руки и ступни людей были испачканы, у многих вокруг губ что-то чернело, как будто вместо рта зияла разверстая пасть – или бездна.
– Новая эра, торговцы! – вещал старик в рясе. – Богатство! Бастион. Вереск. Обзор тоже восстает из пепла и костей.
Сейманкелик, дар Умирающего бога. Многие жертвы. Все добровольные – о да, добровольные. Такая жажда!
Они вышли на широкую площадь. Посреди нее на пьедестале из известняковых плит возвышался кирпичный колодец. Со всех сторон его окружали решетки, на которых сушились срезанные растения – их клубни напоминали сморщенные детские головы, высушенные на солнце. Старухи зачерпывали воду из колодца и по цепочке, вьющейся между ко́зел, передавали ведра в приземистый храм.
Пустые ведра возвращались назад.
– Раньше посвященный Паннионцу, – пояснил старик в рясе, указывая на храм – пожалуй, единственное каменное строение в городке. – Больше нет! Теперь Умирающий бог лежит в Бастионе. Я смотрел на него. На его глаза. Хотите слезы Умирающего бога, друзья мои? Такой спрос!
– Что за кошмарный ужас здесь творится? – прошептал Клещик.
Нимандр пожал плечами.
– Скажи, мы похожи на торговцев?
– Откуда мне знать?
– Он думает, что мы из Черного Коралла, Нимандр.
Сын Тьмы… Наши родичи стали торговцами!
– Возможно. Но чем они торгуют?
Старик – судя по всему, жрец – провел их мимо храма к полуразваленному постоялому двору.
– Мало торговцев здесь, на восток, да. Но крыша хорошая. Я позову служанок, повара. Есть таверна. Открывается полночью.
Вся мебель в постоялом дворе была укрыта толстым слоем пыли, половицы, усыпанные мышиным пометом, скрипели. Жрец задержался на входе и, сложив огромные руки на животе, покачивал головой. Улыбка с его лица так и не сходила.
– Подойдет, – сказал Чик, обращаясь к нему. – Служанок не нужно, а вот повара приведите.
– Да, повар. Идите полночью в таверну!
– Хорошо.
Жрец удалился.
Ненанда заметался по комнате, распихивая ногами мусор.
– Герольд, мне это не нравится. В городе просто нет столько народа – ты ведь сам видел.
– Достаточно, чтобы сеять и собирать урожай, – пробормотал Клещик и поставил мешок на пыльный стол."
"– Сейманкелик, – проговорил Нимандр.
