Рука с оружием бессильно упала, он перехватил клинок другой рукой. По плечу хлестала кровь – он терял силы.
Получив еще удар мечом, он потерял равновесие и рухнул на спину.
Салинд шагнула вперед и встала над ним.
Он встретился взглядом с ее темными, блестящими глазами.
Нимандр опустил меч. Умирающий бог прав – так ничего не добьешься.
– Покажись мне, трус ты треклятый!
Рядом вдруг очутилась Араната.
– Его необходимо призвать, – сказала она.
– Думаешь, он пожелает назвать нам свое имя?
Вдруг заговорил и Умирающий бог:
– Кто это здесь? Кто здесь?
– Та, кто тебя призовет, – ответила ему Араната.
– Ты меня не знаешь! Не можешь знать!
– Я знаю твой путь, – отозвалась она. – Знаю, что на дне Бездны ты говорил с тем, кого зовут Локон. И вообразил, что сумеешь повторить им сделанное, обзавестись новым телом. Из дерева, из ниток, из глины…
– Ты меня не знаешь!
– Она отшвырнула тебя прочь, – сказала Араната, – ведь так? Тот обломок, что от тебя остался. Похожий на испорченного, покинутого ребенка.
– Ты не можешь этого знать – тебя там не было!
Араната нахмурилась.
– Верно, не было. И однако… земля тогда содрогнулась. Пробудились дети. От столь великой нужды. Ты был ее частью… которую она не хотела.
– Она за это заплатит! Что до тебя – теперь я тебя знаю – и уже слишком поздно!
Араната вздохнула.
– Муж, кровью обрученный с Ночной Стужей, – пропела она, – дитя теломен тартено тоблакаев, Беллурдан Сокрушитель Черепов, призываю тебя!
Она протянула руку, и в нее тут же что-то громко хлопнулось.
В ладони Аранаты повисла истерзанная, потерявшая форму марионетка – без одной руки, обе ноги сломаны в коленях, лицо едва различимо – судя по всему, сильно обожженное огнем. Араната повернулась к Нимандру.
– Вот он, твой Умирающий бог.
Сцена вокруг них уже растворялась, рассыпалась в прах.
– Он молчит, – сказал Нимандр, разглядывая искалеченную марионетку.
– Да, – подтвердила она. – Странно.
– Ты уверена, Араната, что это он?
Она подняла на него глаза и пожала плечами.
– Что он имел в виду, когда сказал, что теперь тебя знает? И откуда… откуда ты сама узнала его имя?
Она моргнула и озабоченно уставилась на куклу, которую все еще держала в руке.
– Нимандр, – негромко прошептала она, – столько крови…
Протянув к Чику руку, Клещик подтащил его поближе к себе, всмотрелся в лицо, в неподвижные зрачки, и неожиданно заметил, как что-то в них пробуждается.
– Чик?
Воин поводил глазами, пытаясь сфокусировать взгляд, потом вдруг оскалился.
