– Да уж, – согласился Клещик. – Но что тогда с Чиком?
– Не знаю.
– Этот келик хуже чумы, потому что жертвы сами призывают его в свою жизнь и становятся безразличны к собственным страданиям. И тогда возникает вопрос: имеем мы право положить этому конец, уничтожить?
– Может быть, и нет, – согласился Нимандр.
– Но есть и еще кое-что: милосердие.
Нимандр быстро взглянул на кузена.
– Убьем их ради их же блага? Бездна побери, Кле…
– Не их, разумеется, нет. Я думал об Умирающем боге."
"Ах… ну да. Нимандр теперь видел, как это может получиться – вполне даже заманчиво.
Если получится добраться до Умирающего бога без того, чтобы убивать сотни последователей.
– Спасибо, Кле.
– За что?
– Мы проберемся мимо них.
– И пронесем Чика?
– Да.
– Это совсем не просто – даже, скорее, невозможно. Если этот город – храм, а сила Умирающего бога подпитывает жрецов, они почуют наше приближение, что бы мы ни придумали.
– Мы дети Тьмы, Клещик. Поглядим, значит ли еще это хоть что-нибудь.
Десра сняла руку со лба Чика.
– Я ошибалась. Ему становится хуже. – Она выпрямилась и взглянула на Аранату. – Что с ними?
Араната устало моргнула.
– Возвращаются, живые и здоровые.
С Аранатой что-то не так. Слишком спокойная, слишком… пустая. Десра всегда считала сестру вялой… о, мечом она владела с изящным совершенством и при необходимости могла быть таким же хладнокровным убийцей, как и остальные, – но была в Аранате какая-то глубокая отстраненность. Часто это накатывало на нее посреди катастрофы и хаоса, как будто кровавый мир лишает ее чувств.
И делает ненадежной – с точки зрения Десры. Она еще глядела на Аранату, когда та посмотрела в ответ и улыбнулась. Десра нахмурилась и повернулась к Ненанде.
– Нашел что-нибудь поесть в питейной? Или выпить?
Воин стоял у передней двери, придерживая ее, чтобы не закрылась. Услышав вопрос, он повернулся к Десре.
– Полно всего, как будто все только что ушли – а может, доставка была, как мы на дороге встретили.
– Значит, кто-то выращивает еду, – заметила Кэдевисс.
– Или закупает в других городках.
– Из-за нас у них куча хлопот, – сказал Ненанда. – И мне это неприятно.
– Араната, Чик умирает, – сказала Десра.
– Да.
– Вернулись, – объявил Ненанда.
– Нимандр решит, что делать, – сказала Десра.
– Да, – ответила Араната.
Она сделала большой круг над городом, даже ее сверхъестественный взгляд с трудом пробивался через вечную тьму внизу. Куральд Галейн – самый чужой путь, даже в таком размазанном, ослабленном состоянии.
