– Сотвори еще разок ту иллюзию. Шагов на десять впереди.
– Полегче, сержант…
– Какой я тебе сержант? Все уже.
– Да? Тогда какого Худа раскомандовался?
Хватка была вне себя от злости, когда вышла к корчме. Остановившись, она огляделась. Кто-то стоял на обочине через дорогу от двери, прячась в тенях. Капюшон надвинут, руки под плащом.
Хватка двинулась в сторону незнакомца.
Он заметил малазанку, когда между ними осталось десять шагов. Под плащом что-то зашевелилось – ясно, напрягся. Из-за угла вывалилась компания гуляк, и, пока они прошли, Хватка сумела преодолеть оставшееся расстояние.
Неизвестно, чего ждал незнакомец – может, ругани или расспросов, – но к мощному пинку промеж ног явно был не готов. Пока он медленно оседал на землю, Хватка подошла вплотную и приложила его кулаком по затылку, ускоряя падение. Мужчина с противным хрустом ткнулся лбом в брусчатку. Тело начали бить судороги.
Рядом остановился прохожий, вгляделся в того, кто корчится на земле.
– А тебе чего надо? – рявкнула Хватка.
Прохожий удивленно вскинул голову, пожал плечами.
– Ничего, красавица. Правильно ты его, нашел где отираться. Будешь моей женой?
– Пшел прочь.
Тот двинулся дальше, распинаясь о безответной любви. Хватка оглянулась, не выскочит ли кто-то еще из темноты. Никого не было – наверное, проглядела. Или, что вероятнее, за происходящим следили с крыши, вне досягаемости.
Мужчина наконец перестал дергаться.
Хватка направилась ко входу в корчму.
Едва она сделала шаг, как ее окликнули. Обернувшись, Хватка увидела спешащих к ней Мураша с Перлом, у каждого в руках по кувшину сольтанского.
Мураш выглядел напряженным. Перл отстал на полшага – его внимание привлекло бездыханное тело на обочине. Какой-то беспризорник-гадробиец уже обшаривал карманы покойника в поисках ценностей.
– Сюда, оба! – рявкнула Хватка. – И держите ухо востро!
– Сходили, понимаешь, за покупками, – проворчал Мураш. – Как почуяли засаду, почти всю обратную дорогу шли под иллюзией…
Бросив еще один взгляд на улицу, Хватка бесцеремонно подтолкнула обоих к двери.
– Не здесь, кретины!
До чего паршивая ночка, с ума сойти! Так вышла из себя, что отшила единственного приличного жениха за двадцать лет.
Дымка заняла позицию прямо возле двери, за столиком – как обычно делала, когда чуяла неприятности. Подобно дыму, она растворилась в тени, только выставила вперед ногу, чтобы неосторожно вошедшие спотыкались об нее.
Шагнув внутрь, Хватка хорошенько пнула по вытянутой ноге.
