В ее словах послышалось одновременно и осуждение, и восхищение. Даша метнула на сестру уничтожающий взгляд.
А Леня продолжал:
– После этого я с помощью своего компьютера взломал локальную сеть магазина «Восьмой океан». Вы знаете этот супермаркет, он находится поблизости… Мне удалось запустить в локальную сеть магазина программу, которая действовала так: во время расчета на кассах она в каждую покупку в чеке добавляла лишние тридцать три копейки… В то же самое время я направил по электронной почте письма с жалобами на универсам.
Жалобы в адрес торгинспекции, общества потребителей, префектуры и московского правительства. Представители властей тут же выехали с проверками на место происшествия, в этот самый универсам…
– Вот поросенок, – прошептала Катя, однако теперь восхищения в ее словах было больше, нежели осуждения.
– И еще я, – продолжал на экране Ленчик, – с помощью своих хакерских приемов внес номер автомобиля одного из… – Пауза. – …одного из хозар в гибэдэдэ, в базу данных авто, находящихся в угоне.
По-моему, гибэдэдэ его останавливали, – Ленчик глуповато ухмыльнулся, – и задерживали… А, кроме того, фамилии двух лиц хозарской национальности мне удалось записать в базу данных МВД – в число тех людей, которые находятся в федеральном розыске… Кажется, их обоих менты тоже задерживали… – Он помолчал, потрогал языком разбитую губу. Наконец с трудом, через силу закончил: – Вот во всем этом я провинился и… и чистосердечно раскаиваюсь…
Затем Ленчик еще помолчал и вдруг закричал прямо в камеру:
– Мамочка! Тетя! Простите меня! Я был не прав.
Миленькие мамочка и тетечка, пожалуйста, заберите меня отсюда!..
Запись оборвалась. На экране пошли зигзаги и полосы.
Я выключил камеру и телевизор. Оглянулся на своих женщин. Даша плакала, зажав рот рукой: тихо, навзрыд. На глазах у моей Кати тоже появились слезы.
* * *– Что они теперь с ним сделают? – ужасным, сдавленным голосом, со слезами спросила Даша.
– Ничего, – спокойно сказал я. – Если бы они хотели с ним что-то сделать, не звонили бы нам.
И не записывали бы его на кассету.
– Ну что за дурачок! – Катя вскочила с дивана. – Зачем, ну зачем! Ну зачем он с ними связался!.. Младенец! Младенец пошел против черта!
– Что случилось – то случилось, – сказал я. – Будем ждать их условий.
Даша опять заревела.
– Это я, я, – бормотала сквозь слезы она, – я во всем виновата!.. Я, я недосмотрела за ним!.. Катю-ушенька!..
Катя бросилась на диван к сестре. Обняла ее, затормошила.
