Он же любит тебя и будет сдувать пылинки до конца своей жизни.
Я истерически смеюсь. Смахиваю рукой выступившие слёзы.
– Давид! – иронично произношу. – Ма, может ты сама за него замуж выйдешь?! Смотри, какой подходящий вариант. Весь такой правильный, честный, не чета Шагаеву, да?!
– Да что ты понимаешь, дочь?! Это сейчас в тебе бушуют гормоны. Любовь-морковь, а дальше что?! Ты же понимаешь, что Дамир не сможет обеспечить Саньке то будущее, которое смог бы дать Давид. Там нет потенциала.
– Ах, – вздыхаю.
– Вон оно, что. Я не знала, что ты такая меркантильная. Ма-ма!
– Дина! – строго чеканит мама. – Ты как со мной разговариваешь? Это тебя Шагаевский отпрыск научил?! Наглость – это же их фирменное, Шагаевское.
К горлу подкатывает ком. Злюсь. Смотрю на маму колким взглядом и понимаю, что хочется наговорить с три короба!
– Смотрю на тебя, мама и не понимаю, зачем ты снова ломаешь мою жизнь. Тебе было мало? Я же чуть не умерла три года назад. А сейчас… Что сейчас?! Из-за своих обид на отца Дамира ты снова готова разрушить всё к чертям?! Да ты эгоистка, мама!
Звонкая пощёчина приводит меня в шок.
Неожиданно больно.
Нет, даже не так. Удар под дых. Будто вонзили в сердце нож.
Потираю ударенную щеку. Поднимаю с пола сумку и, не говоря ни слова, выхожу из спальни.
– Ну, что?! Поехали, мужики! – улыбаюсь, обращаясь к Дамиру и Саньке.
Дамир улавливает в моих глазах грусть. Снимает Саньку с колен и подходит ко мне. Берёт за руку, сжимая пальцы:
– Что-то случилось?
– Нет, – возражаю ровным тоном.
– Просто я чертовски устала после ночной смены.
Глава 57
Дина
– Ничего себе! – восклицаю, рассматривая детское автокресло. – А папа у нас подготовился.
Улыбаюсь. Подхватываю Саньку на руки и усаживаю в кресло. Дамир тактично отодвигает меня в сторону:
– Мы сами, мамочка. Да, Санёк?! – подмигивает сыну и тот задорно хохочет."
"«Мамочка»! Боже, я схожу с ума от этих слов. Нежность и радость заполняют моё сердце приятным волнением. Значит, вот какое оно – счастье!
Я устраиваюсь на пассажирском сиденье впереди.
Дамир садится за руль. На короткий миг поворачивает корпус в мою сторону, берёт за запястье, подносит к губам:
– Спасибо.
– За что? – удивляюсь я.
– За сына, за твою любовь, – Дамир тяжело вздыхает, и я улавливаю в его глазах подобие грусти: – я буду хорошим отцом и самым лучшим мужем. Ты не пожалеешь.
– Мужем?!
Дамир ухмыляется. Одобрительно кивает головой и тянется к ключу зажигания.
