Мама хмурит лоб, скрещивает на груди руки и так пронзительно смотрит, что я вынуждена сказать правду. Мои подозрения на счёт Дамира не вызывают у мамы никаких эмоций. Ей всё равно, как мне кажется. Наверное, если бы я сказала, что он умер, она бы даже не повела бровью.
Стоп! Что за мысли дурацкие в моей голове?
Мама подходит ближе, усаживается на соседний стул и берёт меня за руку. Гладит пальцами моё запястье, заглядывает в глаза, будто пытаясь прочесть мысли.
– Доченька, это твоя любовь к Шагаеву, – тяжело вздыхает, – ни к чему хорошему не приведёт.
Я же предупреждала тебя, а ты не послушала. Что теперь? Убедилась? Я была на твоём месте и чем всё закончилось, ты знаешь.
– Знаю, мама.
– Ну ничего. Всё пройдёт, забудется. Ты ещё слишком молодая, чтобы ставить крест на личной жизни. Гони прочь мысли о нём. Заведи себе хобби, запишись в спортзал, встреться с подругами, сходи в кино. Делай что-нибудь, Дина. Не сиди на месте и не сходи с ума.
– Думаешь, поможет?
– Уверена! – восклицает мама.
Мы только успеваем завершить диалог, как раздаётся стук в дверь.
Мама устремляет в мою сторону вопросительный взгляд, но я пожимаю плечами.
– Я открою, – спешу сказать прежде, чем мама встанет со стула.
Тревожные ощущения не покидают меня до последнего. Гостей мы не ждали, а соседи, прежде чем прийти, всегда звонят на мобильный. Так что, это кто-то чужой. Однозначно.
Я тянусь к замку, проворачиваю его против часовой стрелки дважды и распахиваю настежь дверь. Высокий, статный мужчина с первой проседью на висках мило улыбается.
Я смотрю на него снизу вверх и, кажется, схожу с ума, не понимая, что он здесь делает.
– Диночка, здравствуй! – произносит низкий голос, так похожий на голос Дамира. – Извини, я без приглашения.
Я в ступоре. Молча киваю головой, пытаясь собраться с мыслями и произнести хоть одно слово. За спиной слышатся шаги. Мама! Я не успеваю отреагировать и захлопнуть дверь, как мама становится рядом со мной.
– Что ты здесь забыл? – спрашивает мама, не скрывая раздражения и удивления.
"
"– Привет, Наташа. Я тоже рад тебя видеть.
– Рад? – ухмыляется мама, отталкивая меня в сторону, – а я не рада. Шагаев, уходи, чтобы я больше никогда тебя не видела.
Мама закрывает дверь прямо перед лицом Руслана, а я только сейчас замечаю, как у неё трясутся руки, губы. Она дрожит, как осенний лист на ветру, не иначе.
– Дина, не позволяй этому человеку видеться с Санькой! – мама хватает меня за руку чуть выше локтя, причиняя ощутимую боль.
– Ма, так нельзя.
