Самый настоящий. Смотрит на меня в упор. Не моргает. Кажется, тоже шокирован, как и я. Значит, вот, кто у нас лучший друг?! Хочу убежать, но намертво прилипаю к месту. По спине катится липкий пот. Меня бьёт озноб, как при лихорадке.
– Ангелочек, иди сюда, – зовёт Давид, оборачиваясь. – Иди к нам. Чего там стоишь в углу?!
Я послушно киваю головой. Делаю первый шаг, едва не падая. Давид берёт меня за руку, притягивая к себя. Обнимает за талию, целует в щеку. Дамир наблюдает за нами, не отводя взгляда. В его глазах полыхает пламя.
Огонь. Он жжёт на мне дыры, а, может быть, и вовсе сжигает до пепла.
– Знакомься, дружище. Дина. Моя невеста, – гордо протягивает Давид.
– Я в курсе, кто она такая, – резко отвечает Дамир, смиряя меня наглым взглядом.
– Правда? Ты пересекался с Диной раньше? – удивлённо спрашивает Давид, а я стою рядом с ним и отрицательно киваю головой, призывая Дамира молчать.
«Пожалуйста, не говори ему о нас», – умоляют мои глаза, но он, будто издевается, когда произносит:
– Пересекался. Да, Дина?
Глава 7
Дамир
Не могу поверить собственным глазам! Она стоит напротив, смотрит не на меня.
Красивая. Счастливая. Чужая. Его невеста? Не верится! Что за долбанные шутки? Я разглядываю её, будто впервые. Столбенею. Челюсть едва не роняю до самого пола! Боже, что же ты со мной делаешь?! Дина. Долбаная стерва. Ну, почему ты так офигенно выглядишь? Еще лучше, чем три года назад. Повзрослела, стала женственней, фигуристей. Я залипаю на зоне декольте. Ого! Зачётные сиськи. Походу, Давид нормально вложился в эту куклу! Белые волосы спадают на плечи волнами.
Когда-то я любил их трогать. Гладить. Пропускать между пальцев, наслаждаясь их шелковистостью.
– Знакомься, дружище. Дина. Моя невеста, – гордо протягивает Давид.
– Я в курсе, кто она такая, – резко отвечаю, смотря в упор. На неё.
– Правда? Ты пересекался с Диной раньше? – удивлённо спрашивает Давид.
Затягиваю паузу, ожидая реакции Дины. Что, белобрысая стерва, не ожидала? Да?
«Не надо», – умоляют голубые глазища. Надо! Очень надо…
Ухмыляюсь:
– Пересекался.
Да, Дина?
Она молчит, будто немая. Становится бледной, как мука. Друг ничего не понимает. Наблюдает за нами, переводя взгляд с меня на неё. Берёт Дину за руку. Гладит запястье. Чёрт! Он просто гладит её кожу, а у меня щемит за грудиной. Сжимает стальными тисками.
– Ангелочек, тебе плохо? – спрашивает Давид. Обхватывает овал девичьего лица двумя ладонями. Трогает скулы, губы…
– Голова. Закружилась, – выдаёт перепуганным голосом Дина.
