Как думаешь, кто помог его оттуда вытащить раньше срока? Ему же много светило, а я добился УДО через два года. Не ради тебя, уж точно!
– Вы заставили Дамира жениться на вашей дочери?
Эрнест молчит. Отводит в сторону взгляд, а потом:"
"– Не заставлял. Он сам так решил, но!.. Мы отошли от темы, дорогая моя Дина. Возьми документы на дом и уйди с моей дороги. Я больше не хочу тебя видеть. Не попадайся мне на глаза.
Я глотаю в горле противный ком, поднимаюсь со стула и становлюсь напротив Эрнеста.
Смелая? Нет.
Отчаянная, наверное. А, может быть, просто очень сильно люблю...
– Интересно, а ваш сын в курсе? Что скажет Давид, если обо всём узнает? Или он... – делаю глубокий вдох. – С вами заодно?
Эрнест ведёт бровью. Впивается в меня уничижительным взглядом, ровняя с полом:
– Забудь о моём сыне. Не смей к нему подходить! Ты кто такая? Кем себя возомнила?
– Всё понятно, – ухмыляюсь.
Разворачиваюсь к Эрнесту спиной.
– Дина! Документы! – лязгает стальной голос.
Оборачиваюсь через плечо:
– Да, конечно.
Криво ухмыляюсь. Беру со стола пластиковую папку и, сунув её в сумку, ухожу прочь.
Водитель Эрнеста отвозит меня домой. Всю дорогу я тупо смотрю в окно, но оказавшись в родных стенах, даю волю слезам. Мама не отходит. Сидит рядом на кровати, когда я, зарывшись лицом в подушку, пачкаю наволочку потекшей тушью.
Дамир не выходит на связь и от этого больнее в разы!
Я с ума схожу, пугаясь неизвестности. Ближе к полуночи я срываюсь и иду к Дамиру. Дома его нет. В окнах свет не горит.
Вызываю такси. Жду около подъезда, переминаясь с ноги на ногу. В скором времени подъезжает автомобиль. Я прыгаю в салон и диктую водителю адрес.
Такси тормозит напротив ночного клуба. Рассчитываюсь за поездку. Выхожу из машины, оглядываясь по сторонам.
По спине ползут мурашки. В подкорку забираются картинки из прошлого. Кружат в голове на немыслимо высокой скорости.
Делаю глубокий вдох и подхожу к входу. Секьюрити смотрит на меня с усмешкой. Всё понятно. Новенькие.
Не узнают.
– Чеши отсюда, – заявляет один из охранников, не пропуская внутрь.
– Мне нужен ваш хозяин. Позовите Давида, – требую я, а они смеются.
Переглядываются между собой, а потом:
– Хочешь, я буду твоим хозяином? – бритоголовый амбал делает в мою сторону шаг, но я отступаю назад.
– Не трогай меня! Нельзя!
Смех становится громче.
Злюсь ещё больше.
Повышаю тон:
– Если не позовёте Давида, то обещаю, останетесь без работы!
Они перестают смеяться.
