— А можно?
— Конечно, — проходит через зал и открывает крашеную дверь.
Кровать, шкаф, письменный стол с обычным деревянным стулом. Гитара на стене.
Над столом доска с кучей фотографий и вырезок из журналов.
Снимаю одно фото с булавки.
Выпускной.
Белка в небесно-голубом платье. Светленькая.
Теперь я её всякой видел.
— А эти фото она мне уже из Москвы присылала, — показывает Ирина Сергеевна на снимки в рамочках.
Один портретный. За столиком в ресторане. И Белка на нём просто охуительная.
— Разрешите? — достаю телефон.
— Конечно. Она здесь такая красивая… Я на памятник хотела её, но люди, которые привезли гроб, сказали, что не нужно.
— Да, они правы, — делаю снимок.
— Чайник согрелся. Идёмте.
В доме прохладно и горячий чай согревает.
— Очень вкусно, — нахваливаю пирог.
— Глеб признайтесь, вы же не одноклассник? — спрашивает вдруг.
— Почему вы так решили?
— Чувствую. Вы в Москве с ней познакомились?
Молча качаю головой в согласии.
Врать противно, но что я ей скажу? Что месяц назад я был парнем вашем дочери? Да она меня взашей вытолкнет.
— Любовник?
Вот это поворот!
— Да, — зачем-то говорю и это.
— Я против измен, но мне кажется, что в её ситуации я бы поняла. Она вас любила?
— Очень.
— А вы?
— И я… Иначе сюда не приехал бы.
— Да я сразу это поняла, как только увидела у могилы. Глаза у вас… Как у побитой собаки. Потерянные…
В точку.
— Я вам адрес обещала, — спохватывается. — А вы разве не знаете его? — вдруг присаживается, заподозрив.
— Мы встречались на моей территории.
— Ясно. Я сейчас, — куда-то уходит.
Возвращается с блокнотом.
Фотографирую запись.
Мы ещё около часа болтаем. Ирина Сергеевна рассказывает о Белкином детстве.
Когда собираюсь уезжать, на пороге появляется крепкий мальчишка, очень похожий на Алину. То есть… Ольгу.
— Мам, кто у нас? — с прихожей. — Тачка крутая.
Так себе тачка. Задрочка. Совсем не следят за техникой.
Пацан тормозит на пороге комнаты, рассматривая меня.
— Артём, это Глеб. Друг Оли.
Приехал из Москвы.
— Ммм…- садится за стол.
— Я чашку принесу, — исчезает на кухне мама.
— Хахарь её что ли? — борзо.
— А что? — вскидываю брови.
— Да я догадывался, что Олька со своим богатеньким только для статуса. А трахается с кем помоложе.
— Грубо, тебе не кажется?
— Не кажется.
Пилим друг друга недружелюбными холодными взглядами.
Мелкий, но прожжённый. Я таким же в его годы был.
— Ирина Сергеевна, я, пожалуй, поеду, — когда она выходит к нам.
