Тогда и услышала его жалобы та женщина с серым лицом, что незаметной тенью возится каждый день на лестницах и в кабинетах. Она принесла высокому военному чину какую-то самодельную, ужасно пахнущую мазь и на ломаном немецком объяснила, что она избавит его от боли. Рихтер тогда с отвращением намазал первую порцию мази на ноющие колени, а на второй день прямо в кабинете, не дожидаясь, когда закончится поток посетителей, спустил штаны и снова наложил мазь на полыхающие огнем ноги. Через неделю от болезни не осталось и следа, а Рихтер тогда расспросил об уборщице других офицеров.
Узнал, что она давно служит вермахту, принимает у себя на дому постояльцев, а сын ее в самом начале войны стал старостой. Из благодарности штандартенфюрер похлопотал для надежной тетки теплое местечко – надзирательницей в лагере для военнопленных. Отличная служба, не надо работать физически, все повинности выполняют сами заключенные, дают хороший паек и денежное вознаграждение. Но глупая деревенщина, кажется, тогда даже не поняла, что предлагает ей штандартенфюрер СС Рихтер, и лишь молча кивала в ответ.
Он плюнул в сердцах и сунул ей консервы, поняв, что эту дикарку использовать на более высокой должности невозможно.
Рихтер шел по коридору, размышляя, как бы объяснить прислуге, что ему нужно такое же хорошее средство от вечно бурляших кишков. Может быть, позвать переводчика из штаба, но тогда всем станет известно, что у штандартенфюрера СС проблемы с расстройством живота. Поэтому он обрадовался, когда вдруг из темного угла ему прямо под ноги бухнулась та самая уборщица.
"
"Ольга Куркина тогда прекрасно поняла, что хотел эсэсовец, но притворилась дурочкой, чтобы не переходить на новое место службы – в лагерь для советских пленных. А вот сейчас настал момент, чтобы напомнить о сделанной услуге.
Она поздно вечером подкараулила Рихтера у кабинета и кинулась к нему, встала на колени, чтобы тот был снисходителен к бедной женщине. Она жалобно затянула:
– Господин офицер, умоляю, вы такой добрый человек, помогите мне.
Мой сын, он вернулся из плена у русских, сбежал от них, чтобы его не расстреляли за службу Германии. Умоляю, возьмите его к себе. Он очень умный и проворный. Ему нужна еда, одежда, он так измучен! Прошу, прошу, я принесу вам еще мазь для коленей. Любой отвар, какой вам нужен. Только прикажите не расстреливать его и не отправлять в лагерь для пленных. Он не пленный, он пришел добровольно, он всегда служил Германии. Умоляю, герр штандартенфюрер.
