Только стоило ли мне этому радоваться?
— Что еще ты хочешь услышать, Энни? Будешь еще вино или сыр с лепешками?
Я покачала головой и улыбнулась. Целую ночь ильх смешил меня рассказами о своих похождениях, рассказывал истории про дальние фьорды и морских обитателей. Он даже уверял, что как-то поймал в подземной пещере морскую морь. Правда, слушать, что он с ней сделал, я не смогла — начала хохотать. В ответ я поведала о городах из стекла и железа, которые высятся за Туманом.
— Ты очень гостеприимный хозяин, Кимлет.
— А ты очень дорогая гостья, Энни. К тому же мой хёггкар впервые принимает на своем борту деву. — Он рассмеялся, увидев мое удивление, и улыбнулся. — Это не место для любви.
Я покосилась на цепи и понятливо кивнула. Ну да, точно не место. Да и Зов на корабле, полном оголодавших варваров, — это преступление.
Гроза прекратилась как-то внезапно, словно ее выключили. Я зябко стянула у горла белую шкуру — от скал веяло ледяным холодом.
Кажется, даже водопады снова покрылись коркой льда.
— Рагнвальд злится, — глядя на светлеющий горизонт, уронил ильх.
— Я не хочу говорить о нем.
Кимлет нахмурился.
— Не уверен, что поступил правильно, спрятав тебя… но избранницам Билтвейда не отказывают в просьбах.
— Почему? — внезапно заинтересовалась я.
Кимлет слегка поперхнулся вином.
— Ну… избранница Билтвейда после… смерти попадает сразу на вечный пир предков, минуя незримый мир. Ее испытания заканчиваются, и боль тоже.
А вечный пир — это вечный праздник, где собираются великие воины и прекрасные девы, а во главе стола сидят перворожденные хёгги. И избранница Билтвейда может пожаловаться им на тех, кто остался в зримом мире. Поэтому каждый пытается угодить избраннице и отдать ей все, что она захочет. Кто же в здравом уме желает ссориться с перворожденными хёггами?
Кимлет сделал большой глоток вина, а я покачала головой. Мы помолчали.
— Рассвет, Энни. — Кимлет охрип.
Может, от холода, а может, от бесконечных разговоров. — Надо заплести твои волосы.
К моему изумлению, и это Кимлет сделал лично. Расчесал мои волосы, сплел две косы, связал их за моей спиной и украсил морскими ракушками и нитью жемчуга. Я полюбовалась на свое отражение в железном блюде — красиво.
— Пора идти, — пряча взгляд, сказал водный.
— Кимлет, все хотела спросить… А вёльда может подчинить хёгга?
Ильх изумленно моргнул.
