Смотри!
Снова легкое движение рукой — и ястреб сорвался с локтя девушки. И бросился на меня. Я отшатнулась, инстинктивно закрывая ладонями лицо. Перед глазами бились крылья.
— Хватит! — закричала я. — Прекрати!
— Думаешь, сможешь явиться непонятно откуда и отобрать у меня Альда? — Трин склонилась, ее голос стал похож на шипение.
Ястреб нападал снова и снова, пытаясь добраться до моих глаз. Я закрывалась ладонями, совершенно потерявшись в этой агрессии. Боги, да мне же сейчас выклюют глаза! Острые когти и клюв раздирали кожу, по рукам потекла теплая кровь…
— Я никому его не отдам, Альд — мой!
— Не надо…
Я ударила не глядя, отбиваясь от птицы.
И на миг увидела саму себя. С разлетающимися от ветра волосами, с бледным лицом и испуганными глазами. С окровавленными руками. Словно я посмотрела на себя… глазами ястреба! Отшатнулась, не понимая, заморгала отчаянно. Что это было? С пальцев капала кровь… С клекотом ястреб рванул в небо, а вёльда отшатнулась.
— Трин! — гневный оклик Рагнвальда заставил нас обеих обернуться.
Ильх торопливо приближался. Белые волосы припорошены пылью, на щеках — серая щетина, на сапогах — грязь. Наши глаза встретились, и мое сердце подпрыгнуло, забилось часто. Надо же, я успела по ильху соскучиться. Рагнвальд глянул на мои руки, и его зрачки сузились до точек, а на скулах проявился морозный узор. Еще миг — и варвар потеряет контроль!
— Убирайся, Трин! — рявкнул он. Словно мороз лизнул…
— Ты прогоняешь меня из-за чужанской девы? Меня? — не поверила вёльда.
— С тобой я поговорю позже.
Я запретил приближаться к башне!
— Ты мне не указ! — топнула ногой дева. Глянула на меня искоса. В красивых глазах билась злость. Развернулась так, что взлетели черные косы, и пошла к городу.
Рагнвальд сжал зубы и указал на скамью за деревьями:
— Сядь.
Я не стала сопротивляться, молча выполнила. Из башни выглянула Тофу и ахнула, увидев мои руки. Убежала и выскочила уже с кусками ткани и плошкой воды.
— Ох, не усмотрела я!
Рагнвальд молча забрал бинты, махнул рукой:
— Я сам.
Иди, Тофу.
Прислужница удалилась, качая головой и бормоча себе под нос. А ильх взял мои ладони, повернул, осматривая раны от когтей и клюва птицы. Осторожно промокнул смоченной тканью, и я поморщилась. Молча наблюдала, как варвар промывает раны, а потом перевязывает. Говорить не хотелось, да и что тут скажешь?
— Больше это не повторится, — хмуро произнес Рагнвальд.
Я снова промолчала. Не повторится? Как же! Я видела лицо Трин и слышала ее угрозы.
