Ой-ой, она что, собирается меня убить? Устранить нежеланную гостью?
Я отчаянно оглянулась, но рядом, как назло, не было ни души!
— Слушай, не знаю, что тебе рассказал Рагнвальд, но я собираюсь уехать с первым же хёггкаром!
Трин внимательно смотрела в мое лицо.
— Значит, ты желаешь покинуть Карнохельм?
— Конечно! — вскричала я. Внутри укололо сомнение, но я тут же задушила его.
Дева-воительница кивнула. Но руки с рукояти ножа так и не убрала. Скользнула вбок, и я резко повернулась, не желая выпускать ее из поля зрения.
Опасность я ощущала нутром, и мне это совсем не нравилось.
— Ты не похожа на наших дев, — задумчиво произнесла Трин.
Черные перья ее удивительного плаща всколыхнулись под лаской ветра.
— Совсем иная, — продолжила дева. — У тебя странные глаза и волосы. Ты иначе говоришь и ведешь себя. Даже смотришь иначе. У тебя живое лицо, но я не понимаю, что творится в твоей голове. И мне это совсем не нравится.
Трин снова скользко шагнула влево, я повернулась следом.
— Альд сказал, что ты из дальних земель.
Что тебя принес Бенгт. Значит, чужачка. Карнохельм не жалует чужих.
Я не стала возражать. Лишь снова сделала шаг и быстро оглянулась, ища укрытие. Интересно, если я брошусь бежать, это поможет?
Трин прищурилась и вдруг, откинув голову, расхохоталась.
— Боишься? Видела бы ты свое лицо! Словно испуганная мышка! Не трясись так, — девушка заговорщически мне подмигнула. — Может, мы подружимся!
Я вот совсем так не думала, но спорить не стала. Перемена настроения и улыбка этой девы не нравились мне так же, как ее скрытые угрозы.
— Ну, не дуйся, тебе не идет, — весело хмыкнула Трин. — Хочешь, расскажу о крылатых? Ты ведь не знаешь о нас, верно? С таким удивлением смотришь на мой плащ, словно никогда не видела вёльд.
Я осторожно кивнула.
— Нас называют крылатыми не только за плащи и свободу.
Трин подняла голову, всматриваясь в скользящих в облаках птиц. И издала тихий протяжный свист. Одна из пернатых упала вниз, покружила над башней и послушно опустилась на согнутую руку Трин.
Я удивленно ахнула, глядя на ястреба.
— Вёльдам дана власть над птицами, — пояснила дева. — Особенно ярко дар пробуждается в женщинах. Мы можем говорить с ними, повелевать ими. Иногда даже смотреть их глазами… Тебе нравится мой питомец, чужачка?"
"Трин подняла локоть, и ястреб раскрыл крылья. Черные бусинки его глаз рассматривали меня внимательно и остро.
— Он… красивый, — сглотнув сухим горлом, произнесла я.
— Он сделает все, что я захочу.
