Они не потянут ещё двоих детей без посторонней помощи. Я бы завещал внучкам свои накопления, но знаю, что наше с Лестином имущество будет конфисковано.
– Если бы твои деньги достались дочери, она взяла бы твоих внучек в семью? – уточнил Вандерик."
"– Не знаю. Возможно. Сейчас она сама в непростом положении, я помогал ей, но больше не смогу.
У меня сжалось сердце от жалости к незнакомым мне девочкам, которые уже потеряли мать, а теперь лишатся и отца, а заодно и дома. Вандерик же снова отвернулся и, ведя меня за руку, вышел из комнаты.
Я заметила несколько следователей в доме, они явно всё слышали, и когда мы вышли из гостиной, двое из них зашли туда, остальные остались в прихожей.
– Пошлите к нему целителя, – отдал приказ мой дракон одному из них, после чего мы вышли из дома и сели в карету. Я только сейчас обратила внимание, что на козлах сидел оборотень в форме.
В карете дракон тут же затянул меня на колени, закутал в объятия и уже привычно прижался щекой к моим волосам. Кажется, прикосновения ладоней ему было мало, и сейчас он усиленно об меня успокаивался.
Я тоже обняла его, прижалась крепче, и так мы сидели довольно долго, пока я не почувствовала, как он начал расслабляться.
– Вандерик, – решилась я на вопрос, но была перебита:
– Этой ночью ты называла меня иначе.
– Дэрик? – уточнила я.
– Да. Меня никто никогда так не звал, только ты. Мне понравилось.
– Дэрик, – повторила я, потому что, мне и самой понравилось его так звать. Случайно слетело с языка, когда я была ужасно взволнована и расстроена, но, похоже, очень удачно.
– А целитель Лэндориеру зачем?
– Воздействие, которое применил к нему Севилиан – серьёзное вмешательство в сознание. Это самая крайняя мера, применяется только по прямому разрешению вышестоящего начальства, сам Севилиан её применять без моего приказа права не имел. Именно его я не хотел применять к Риварту, да и тут пытался избежать. Но Лэндориер не оставил мне выбора. И если сейчас с ним не поработает целитель, он будет страдать мигренями долгие годы.
Дракон замолчал на какое-то время, потом выдохнул:
– Которых у него нет.
– Но ты не мог позволить ему страдать даже то время, что ему отпущено, – догадалась я.
– Я не могу спасти его – тут разве что императорский приказ о помиловании помог бы, но Сиандерин на такое не пойдёт, поэтому я даже с прошением обращаться не стану. Но то, что в моих силах, я для своего сына сделаю.
– А его деньги? Их можно не конфисковывать, а отдать его дочери для внучек?
– Нет.
