Лакей его хотел с ложечки кормить, экономка так велела, но Эйдер же не младенец! Сам поел! А пообедает, может быть, уже сидя. Целитель сказал, что вряд ли, но он постарается. Ничего ведь уже не болит, только слабость эта дурацкая!
Я утешала дракончика, как могла. Рассказала, как сама чуть ли не по стеночке ходила, когда у меня истощение было. А потом…
– Эйдер! – меня вдруг осенило. Может, мысль и глупая, но что мешает проверить? – А ты сейчас смог бы обратиться в дракона?
– Наверное, – слегка растерялся мальчик.
– Только зачем?
– Не знаю, – я развела руками. – Так просто, в голову пришло. Я, когда в свою ящерку превратилась, потом очень быстро выздоровела. Может, при обороте исцеление ускоряется?
– Я о таком не слышал, – нахмурился Эйдер. – Но я среди людей жил, об оборотнях мало знаю.
– Я тоже не слышала, – вынуждена была признаться я. – Хотя как раз среди оборотней жила, сама оборотень, хотя и странный. Но ты же дракон. А вдруг?.. Хуже-то не будет, на оборот силы не нужны. Что ты теряешь?
– Да ничего, в общем-то, – закивал Эйдер.
Глаза его загорелись предвкушением. – А давай! Только помоги мне одеяло убрать, а то порву его чешуёй. Дома раз порвал – мне так влетело! Ой!
– Что «ой»?
– Мне же раздеться нужно, я ведь и рубашку порву, – дошло до дракончика. – Надо тоже снять.
Парнишка смутился так, что даже уши заалели.
Ой, да что я там уже не видела? Но напоминать про случай в лесу не стала, тогда ему не до смущения было, едва дышал, а теперь вспомнил, что я девушка, а он вроде как мужчина.
Почти. В перспективе. А раз он среди людей рос, то к наготе относился серьёзнее, чем те же оборотни. Ну и зачем его смущать?
– Брандерон, – окликнула я малыша, которому Силли объясняла, что идёт после десяти. – Ты не мог бы помочь брату?
– А что нужно сделать? – Брандерон с готовностью подбежал к нам.
– Эйдер хочет в дракончика перекинуться. Помоги ему снять рубаху, а мы с Силли отвернёмся пока.
– Ага, сейчас, – мальчик шустро забрался на кровать, сдёрнул покрывало и уцепился за подол ночной рубашки брата.
Я поскорее отвернулась, чтобы не смущать Эйдера, Силли тоже послушно уткнулась носом в шкаф, водя пальцем по корешкам и что-то бормоча – продолжала считать, прилежная моя.
Какое-то время у меня за спиной слышалась возня, сопение и пыхтение, но Брандерон справился и радостно объявил:
– Всё!
– Я тоже всё, – послышался голос Эйдера, и, обернувшись, я увидела сидящего на кровати дракончика.
– Как самочувствие, – поинтересовалась у него.
