– Приходите, когда сможете платить за мои услуги, мистер Дрейк. Я выполнила условия пари.
Стюарт молча смотрел на нее. Это была не его Шарлотта. Перед ним стояла женщина с каменным сердцем, распустившая сплетни, которые выгнали его из Кента, обвинившая его в том, что он пользуется своей внешностью и обаянием. Женщина, которая выводила его из себя и воспламеняла своим презрением.
– Я здесь не из-за этого. Хочу поговорить…
– Я знаю, чего хотят мужчины, – холодно отрезала она. – Не делайте вид, будто не желаете того же самого.
– Прекрати, – тихо попросил он. – Ты мне нужна не только в постели, а для гораздо большего.
Шарлотта вскинула брови и брезгливо скривила губы:
– Большего? Какие претензии! Постарайтесь жениться на очень богатой женщине, которая сможет удовлетворить ваши потребности в «большем».
Должно быть, Хайд-Джонс причинил ей ужасную боль, если она сейчас ведет себя так. Дразнит его, пытаясь заставить что-то открыть. Она и раньше вела себя так – в библиотеке Килдеров. Но чего она добивается сейчас? Ведь теперь она должна понять, что перед ней человек, который стремится не только забраться ей под юбки.
– Почему? Сколько денег для этого потребуется? – спросил он, внимательно наблюдая за ней."
"Она даже не вздрогнула. И не пошевелилась, только грудь нервно вздымалась.
– Больше, чем есть у Сьюзен. И я не шутила. Я скорее пристрелю вас, чем позволю жениться на ней.
Он напомнил себе, что она сердится, что все это из-за Джереми Хайд-Джонса, что это следствие напряжения из-за исчезновения Сьюзен.
Но все было без толку: ее слова по-прежнему жалили.
Пытаясь выиграть время, сдержаться и не дать себе взорваться и тоже в отместку начать хлестать ее словами, Стюарт стянул перчатки и сбросил пальто.
– Дело в том, – медленно выговорил он, – что я не хочу ее. Сейчас уже не хочу.
– Рада слышать, что здравый смысл взял верх, хотя и немного поздновато.
Шарлотта снова повернулась к окну. Ее фигура отражалась в стекле. Только лицо было скрыто тенью от штор. Он не мог понять, что она думает или чувствует.
Что у нее на душе. Все, что он видел, – роскошное женское тело в элегантном платье.
«Сколько мужчин видели в ней только обольстительную женщину? – внезапно подумал он. – Много ли мужчин пытались обнаружить истинную Шарлотту за маской сирены?»
Он неспешно пересек комнату, встал у нее за спиной, как всадник, приближавшийся к испуганной лошади, и осторожно положил руку ей на плечо. Хотя она казалась спокойной, мышцы были каменными, тело – оцепеневшим.
