Отряды возвратились ни с чем: метель замела все тропинки и дороги, все человеческие и звериные следы… И только тогда, когда кто-то из гетманских охранников наткнулся на засыпанный снегом труп часового, Азем-ага догадался заглянуть в яму. Его удивлению и радости не было конца: внизу один-одинёшенек лежал, скрючившись на соломе, гетман и стонал…
На руинах
1"
"Когда после полуночи беглецы собрались, наконец, в условленном месте, укрылись под защитой высоких земляных стен старого городища от ветра и снегопада, никто не представлял, сколько людей тронулось в путь.
Думали прежде всего о том, чтобы поскорее подальше отъехать от города и оторваться от погони. Им посчастливилось: метель не утихала два дня и быстро заметала их следы. Только к концу второго дня в каком-то разорённом хуторе с несколькими заброшенными хатами остановились на ночлег. Арсен и Палий, обойдя все подводы, выяснили, что с ними ехало, включая тех смельчаков, которые вместе с Саввой Грицаем помогали в Немирове, и дубовобалчан во главе с Иваником, сто семьдесят человек.
Это уже была порядочная группа людей, которых объединяла общая цель — уйти из-под власти турок и неистового Юрася Хмельницкого. Все они сразу признали Палия своим вожаком и прислушивались к каждому его слову, тем более что он был казачьим полковником.
Пересчитав людей и проверив, сколько съестных припасов — муки, крупы, пшена, мяса и солонины — оказалось при них, Арсен и Савва поспешили к Палию.
— Что будем делать, батько Семён? Припасов всего на неделю… Ну, если животы подтянуть, на две… А до весны далеконько! — сказал Арсен.
— Коней совсем нечем кормить…
— И куда путь держим? Люди должны знать, — добавил Савва.
Они стояли поодаль от всех. Промёрзшие люди начали собирать сухой хворост для огня и сдирать с уцелевших хлевов соломенную кровлю, чтобы покормить лошадей. Женщины и дети разбрелись по хатам. В одну из них молодой Семашко с матерью, Якубом и Яцько перенесли из саней тяжело больного отца, угасавшего на глазах.
Палий задумчиво смотрел на заснеженные просторы, над которыми опускались синие сумерки, на уставших людей.
Глубокие заботы волновали его.
— Сейчас у нас единственный путь — на север, к Полесью, — сказал он. — Таков приказ Серко… А оттуда — к Киеву. Мы должны предупредить киевского воеводу, что турки готовятся напасть на город… Думаю, за неделю доберёмся туда.
— Кто там нас ждёт, на Полесье? — разочарованно протянул Савва.
— Так, может, ты предложишь что-нибудь другое?
— Да нет.
