— Потому что ухаживать за больными — моя профессия.
— За животными, не за людьми, — злобно напомнил грабитель.
— В самую точку, ты и есть животное!
Лицо Рафаэля исказила зверская гримаса, которая могла бы быть улыбкой.
— Спасибо за комплимент!
Она наложила ему компресс, зафиксировала его пластырем.
— Теперь мне бы попить.
Сандра поднесла горлышко бутылки к его губам, он наклонил голову назад, чтобы утолить жажду.
Затем она подошла к Вильяму, чтобы напоить и его. С бесстрастным лицом, без всякого сочувствия.
Она снова закрыла раздвижное окно на двойной оборот ключа, но оставила ставни открытыми. А Рафаэль так хотел, чтобы она вернула в комнату тьму…
Она открыла таинственную дверь, и они услышали шум воды: она всего лишь моет руки. Значит, там умывальник. Когда она вышла, Рафаэль окликнул ее:
— Мне надо отлить.
— Ну и что?
Ему все еще трудно открыть свой здоровый глаз, чтобы посмотреть на нее.
— Я тебе уже говорила! — коварно продолжала Сандра. — Что ты тоже обоссышься.
Рафаэль постарался сохранять спокойствие. Не оскорблять ее, удержать во что бы то ни стало.
— Это так, ты меня предупреждала. Но я тебя не слушал.
Она подошла к двери, он сделал еще одну попытку. Найти слова, поколебать ее.
— Я позволил тебе помыться, попить и поесть, — напомнил он. — Я относился к тебе всяко лучше, чем ты к нам сейчас.
Взявшись за дверную ручку, она продолжала стоять к нему спиной.
— А еще я помешал Фреду тебя изнасиловать. Ты помнишь об этом?
Сандра обернулась.
И улыбка, которую он увидел на ее лице, заставила его содрогнуться.
— Он не пытался меня изнасиловать. Я разыграла комедию, чтобы посмотреть на твою реакцию. Чтобы настроить вас друг против друга.
Рафаэль попытался спрятать свой гнев под каменной маской.
— Ты просто глупец!
— Может быть, — допустил он.
Вильям решил не вмешиваться, оставляя брату вести переговоры.
— Но я не заслуживаю, чтобы со мной обращались как со скотом. Позволь нам хотя бы оставаться людьми.
— Невозможно. Тебе же нужно, чтобы я вас развязала и…
— А твой муженек тебе это запретил, так?
Губы молодой женщины сжались, пальцы напряглись на ручке двери.
— Ты должна иметь право принимать собственные решения, нет? Я даю тебе слово, что мы ничего не собираемся делать.
Она покачала головой, открыла дверь.
— Сандра! Послушай меня, пожалуйста… Скажи своему мужику, что я хочу с ним поговорить.
— Хорошо, — вымолвила она, исчезая за дверью.
