За четыре года родственницы виделись всего три раза и очередное наведывание заканчивалось побегом Татьяны Борисовны из Питера спустя пару дней гостевания с сердечным приступом и крокодильими слезами в честь неблагодарной дочери, в которую женщина с детства старалась вложить всё самое правильное и прагматичное, а вышло, что вышло. Их отношения сложно было назвать отношениями между дочерью и матерью, скорее они напоминали извечный конфликт между лающей собакой и шипящей обороняющейся кошкой. Ни одной общей темы для разговора, ни одной точки взаимодействия.
Глухо как в танке.
Сейчас Полине тоже требовался нейролептик. Покрепче. Иначе мыкаться будет. И внутри себе перекручивать все слова матери. В ушах звенело, а во рту сухо.
Покурить нужно. Хотя бы немного горьким дымом перебить иную горечь.
Сигареты в сумочке нащупала, до дома хотела дотерпеть, а в окне мимо Медовый мост пронесся.
– Остановите здесь! – неожиданно вскрикнула Полина и уперлась одной рукой в спинку водительского кресла от того, как резко машина затормозила.
– Пожалуйста, – на выдохе.
– Дамочка, да вы… да я… – раздувались ноздри водилы, обернувшегося к девушке.
– Извините, – Полина подхватила сумку и пулей выскочила из ржавого Логана, случайно грохнув дверью.
Обернулась, услышав позади ругательства, извиняюще состроила мину, и перепрыгнула через бетонный невысокий отбойник, сливаясь с толпой туристов, движущихся на остров Канта."
"В это время года Калининград по-особенному встречал приезжающих, становясь для них неповторимым.
С начала июня по конец октября туристы волнами кочевали по западной российской земле, проникаясь исключительной атмосферой Кёнигсберга.
Полина примкнулась к небольшой группе и двинулась строго за ними.
Пять дней в Калининграде, а она ни разу не посетила свое любимое место… Место души… Кнайпхоф.
Нет, она его принципиально не игнорировала, просто идти сюда нужно было с особым настроением. И, кажется, сейчас тот самый момент.
На подходе к мосту черный медведь с балалайкой зазывающе приглашал в Рыбную деревню – отведать местную кухню. В воздухе пахло миндалем и терпкой ванилью. Полина остановилась, глубоко вдохнула и … неожиданно для себя улыбнулась.
Курить расхотелось. Тут же.
Легкие наполнились сладостью марципана – любимого лакомства ее детства.
Полина покрутила головой. Со всех сторон сновали туристы, но яркая палатка привлекала внимание издалека.
