Зато он получил исчерпывающие ответы на все свои вопросы.
Такие, что от открывавшихся перед ним перспектив кружилась голова.
– Действуйте немедленно! – с этими словами он протянул явившемуся в его кабинет помощнику два подписанных документа. – Первый – это ордер на арест Двейна Райса. Маг проживает в деревне на севере Центина. Но будьте осторожны – он одаренный некромант, поэтому крайне опасен. Второй арест обставьте так, словно это приглашение на беседу для леди Аннариты Вейр. После этого вы знаете, что делать!
Уже скоро помощник покинул кабинет, а Киган в сладком предвкушении закрыл глаза.
Он представлял свой взлет по карьерной лестнице, когда бездетный король Ийседор Гервальд узнает, что у него имеется дочь, принцесса и наследница Центина.
И ее вычислил именно он, Андар Киган.
***
Я не знала, что ответили викинги остарцам на предложение обменять меня на золото. Но по тому, как смеялись на драккаре, ответ был явно не из лестных.
И, подозреваю, не слишком-то культурный.
Но остарцы вовсе не засунули головы в песок и не уплыли жаловаться господину аль-Амману на то, что их оскорбляют викинги.
Вместо этого продолжали – пусть медленно, но уверенно – нас настигать.
Кажется, решили, что раз уж хъедвигцы не захотели обогатиться предложенным им золотом и даже не стали торговаться, пытаясь выменять Аньез Райс подороже, то они отберут меня силой.
И это было серьезной проблемой, потому что вскоре я могла уже различать не только мачты с парусами, но и мощные корпуса кораблей с пока еще задраенными пушечными люками, и силуэты остарцев, расхаживавших по палубам.
Именно тогда я окончательно почувствовала себя загнанным зверем.
– Рейн, быть может, все-таки стоит меня отдать? Тогда никто не пострадает, – пробормотала я в спины ярлу и остальным из его команды.
Потому что викинги разложили на одной из бочек самую подробную из подаренных Хакимом карт. Склонились над ней – Рейн, штурман Торгейл, их рулевой Йорен и еще несколько освободившихся гребцов.
Я бы тоже не отказалась склониться, но пока что стояла за спинами парней, слушая их разговоры и вглядываясь в карту из-за чужих плеч.
Но Рейн все-таки меня услышал.
– Глупости, Аньез! – повернувшись, сказал он таким тоном, словно я произнесла какую-то несусветную ерунду."
"И тут же раздались согласные возгласы его команды – никто не собирался отдавать меня остарцам.
– Вот тут, эти рифы, – вновь заговорил Рейн, водя пальцем по карте. – Если мы поднажмем, то доберемся до них примерно через полчаса.
