Накинем совместную ментальную завесу и не дадим русалкам через нее пробиться.
– К тому же с нами Аньез, – добавил Торгейл. – Вы все видели, как она разнесла нашу и остальные команды в Меерсе. Так что с голосящими девками она уж как-нибудь справится!
Раздались одобрительные выкрики, а Рейн, воспользовавшись тем, что я была порядком ошеломлена от открывшихся перед нами перспектив, меня обнял.
– Мы справимся, – заявил таким голосом, словно у него не было в этом никаких сомнений.
Быть может, потому что ярл не мог позволить себе сомневаться в принятых им решениях?
– Не знаю, Рейн! – негромко ответила ему, даже не делая попыток вырваться.
Мне было не до этого. – Не понимаю, как работает русалочья магия, поэтому ничего не могу обещать. Кроме того, что я сделаю все, что в моих силах.
Он кивнул.
– Другого выбора у нас все равно нет – либо русалки, либо остарцы.
– Остарцы – это верная смерть, а с русалками мы еще можем побороться, – закончила я, после чего, выпутавшись из его объятий, тоже отдала свой голос за путь через рифы.
Гребцы тотчас же налегли на весла. Остальные из экипажа деловито закрепляли снасти и готовили оружие, словно собирались обороняться от «голосящих девок» мечами и топорами. Затем угомонились и они.
Вскоре повисла тревожная тишина, нарушаемая лишь ритмичными ударами весел по воде.
Рейн давно ушел по своим делам, а я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Прикидывала, как создать ментальный барьер, затем растянуть его на два корабля, чтобы защитить людской разум от чар русалок.
О, если бы я только знала, что это такое!..
Но в папиных книгах на эту тему ничего не говорилось, как и в учебниках в Изиле. Никто не удосужился мне объяснить, что за песни поют русалки, как им удается подчинить волю человека и каким образом этому противостоять.
Рифы тем временем приближались.
Каменные пики будто росли из воды, похожие за зубы невиданных монстров. Заодно они тянулись к нам – острые и жадные, и в лунном свете казавшиеся мне довольно зловещими.
А дальше за ними начиналась неизвестность.
Драккары скользили между черными рифами, и мне казалось, будто бы не только я, но и остальные на борту затаили дыхание.
И за бортом тоже – даже море казалось притихшим. Заодно я не слышала криков морских птиц, которые, по-хорошему, должны были облюбовать высящиеся со всех сторон темные скалы."
"– Что с защитным куполом, Аньез? – раздался голос Рейна.
– Стоит как влитой, – отозвалась я.
