- Ох, Ярослава, точно боги тебя к нам послали, - растроганная женщина крепко обняла меня, судорожно стиснув руки, - если бы не ты…
- Мне просто мысль пришла в голову правильная – и все. А сын у тебя, княгиня, такой красавец писанный, что срочно наследник нужен.
- Это да, - довольно улыбнулась княгиня.
- Только за челядинками теперь глаз да глаз. Он ни одной смазливой нынче не пропустит.
- Да и пусть. Дело молодое! Это же такое счастье. Молчал он всегда, но знаю, что ему порой жить не хотелось.
- Я еще один дальний задел на будущее дам.
Слыхала, наверное, что я с валорским каганчи Джанибеком договорилась, что приедет он с визитом? Так вот, возможно для мирного договора князь предложит ему династический брак с одной из сестер. Тебе стоит продумать это раньше, чем Велеслав решит сделать.
Глаза княгини расширяются от удивления, но в уме она уже начинает подсчитывать варианты. Вот что значит – государственного размаха женщина. Благополучие страны во главу угла ставит, потом все остальное. Эмоции и чувства в железном кулаке.
Хоть и унизанном кольцами.
Я быстренько прощаюсь, ибо дел за глаза. Княгиня не против, ей уже не терпится засучить рукава и приступать к осуществлению давно лелеемых матримониальных планов. Здесь я могу быть спокойна, для сына она организует все в лучшем виде и с размахом.
Перекусываю на ходу и бегу на тренировку к своим волчатам. Сначала думала отпустить их отдыхать, но отказались. Режим, сама приучила. Все им нипочем. Проводим короткую мечевую тренировку, с упором на технику.
Все время чувствую чей-то пристальный взгляд на себе, но сколько не оглядывалась я на окна хоро́м – никого увидеть не удалось. Может мерещится от радости за князя?
После занятий меняю потную рубаху на свежую, и мы с Добрыней идем по ремесленникам. Кузнец, сияя как медный грош, показывает мне болванку, на которой начали проступать те самые знаменитые дамасские узоры. Даже если не получится с первого раза именно то, что нужно, уверена он додумает и доведет дело до конца.
Потом идут кожевенник и плотник. К стекольщику, думаю, заглянуть на днях, надо что-то с местными зеркалами делать. Добрыню гоню несколько раз домой, но он упрямо топает рядом, сверкая насупленными голубыми глазами. Устал ведь, не меньше меня. Сама уже едва на ногах держусь. В торговых рядах улочки узкие, толкотня, а я опрометчиво решила пойти пешком. Больше из-за того, что «парковку» для Серко не всегда можно найти среди запутанных торговых кварталов.
