Кто напал пока неизвестно, хотя Копыловские уши торчат за версту. Но охрана нужна срочно.
— Когда они смогут приступить к работе? — спрашиваю я на выдохе, будто сдаюсь.
— Да хоть завтра, — уверенно заявляет Маргарита. — Если вы согласны, я дам ваш контакт директору компании. Очень серьезный человек. Раньше в «Секире» служил…
— Хорошо. Жду, — замечаю я довольно.
Одной проблемой меньше, как говорил Форест Гамп.
— Ты есть будешь что-нибудь? — роняет вскользь Витя.
— Кусок в горло не лезет, — мотаю я головой.
— Но ты поешь, — киваю на холодильник.
А сам опускаюсь на стул рядом со Столетовым. Что-то я упускаю, блин. Вот только не могу ухватить мысль за скользкий хвост.
— Мне же Надю надо сменить, — спохватившись, ударяю я ладонью себя по лбу. — Сейчас я к вам девчонок принесу. Устроим вечеринку.
— Как-то я иначе представлял вечеринку с девочками, — криво усмехается Торганов, доставая из холодильника кастрюлю борща. — Тима, я и на тебя согрею. Поесть надо. А этому обормоту что дать? — смотрит тревожно на Столетова.
— Специалист наш по связям с СОБРом.
— Зато успели, — выдыхаю я, направляясь к лестнице.
По пути в детскую заглядываю в нашу спальню. Лера спит, свернувшись калачиком. И всхлипывает даже во сне.
— Тише, тише, милая, — усевшись рядом, целую я ее в висок.
— Тима, они убили Байка и охранника, — выдыхает она, как несколько часов назад наяву.
— Байк жив, — избегая печальных подробностей, шепчу я, целуя жену. — Ты проснешься, и он поправится.
Лера улыбается во сне.
И повернувшись на другой бок, засыпает спокойно. Даже дыхание становится ровным.
А я, войдя в детскую, улыбаюсь дочкам и Надежде.
— Вот пришел тебя подменить!
— Витя еще не ушел?
— Он тут надолго окопался, — улыбаюсь я мрачно. Усевшись на ковер, жду, когда подползут Анечка и Аленка. А они уверенно спешат ко мне из разных углов детской. Прямо отряд специального назначения! Только грудничковый…
— Тогда я с девочками останусь, а ты иди вниз, — командует Надежда.
— Что так? — смотрю я недоуменно.
И подхватив дочек на руки, прижимаю их к себе.
Живы, здоровы и даже не догадываются, какая опасность обошла их стороной. И все благодаря Лере.
— Видеть его не хочу, — дует губки Надежда.
— Поэтому прячешься как заяц, — киваю я, будто ставлю диагноз и замечаю на выдохе: — Щербинина, ну что за детский сад?
— Отвали, Морозов, — фыркает она. — Иди лучше к своим дружбанам. А я с малышками сама управлюсь.
— Ну если ты настаиваешь, — развожу я руками.
