Подошел к шкафу, достал из него бутылку коньяка и пару стопок. Сел в кресло, расставил стопки на столе и щедро в них плеснул. Мы молча чокнулись. Коньяк был весьма неплох, это я отметил.
– Да… – Он покрутил в руках стопку, поставил ее на стол. – Признаться, я и сам до последнего момента сомневался…
– В чем же, товарищ генерал-лейтенант?
– Давайте без чинов, Александр Сергеевич?
– Давайте.
– Видите ли, с момента создания управления в нем работали исключительно, э-э-э… увлеченные этой идеей люди. Не скрою, мы дали стране очень многое, но главная цель… она все время была где-то впереди, на горизонте, так сказать.
Все наши попытки решить данную проблему были, мягко говоря, не совсем удачными. Однозначного подтверждения возможности переноса сознания мы так и не получили, да… И вот я сижу лицом к лицу с человеком, который и явился причиной создания нашего учреждения. Это, знаете ли, не так уж и легко переварить. Во всяком случае, сразу.
– Так, может… – я кивнул на бутылку на столике, – еще по одной?
Яковлев хмыкнул.
Разлил коньяк, мы чокнулись, он отпил немного и принялся вертеть стопку в руках.
– Да, вы правы, действительно отпускает… Так вот, на чем я остановился? В общем, мы топтались на месте. Наши специалисты разработали несколько различных теорий, объясняющих явление. Мы предприняли ряд попыток, но… короче, не вышло ничего.
– Это у вас, а на Западе?
– Вы и об этом знаете? Ну да, вам же Михайловский рассказал… нет, у них тоже ничего не получилось.
– Так почему же, извините за прямоту, ваше управление не разогнали до сих пор?
– Ну, разогнать нас не так уж и просто, знаете ли.
Эффект от нашей работы… это нечто… даже и не знаю, как лучше сказать? Про Институт мозга слышать приходилось?
– Это тот, что в Питере? Жуткая контора.
– Слышали, значит? Так вот – это наш филиал.
– Охреносоветь… Ох, извините, товарищ… Блин! Извините, Виктор Петрович. Просто не ожидал…
– Ну и помимо этого мы много чего для страны сделали. Попутно, так сказать… – Видно было, что мое удивление ему польстило.
– Да, наша работа хоть и не афишируется, однако же стоит всех затраченных на нее средств. Как правило, авторами идей выступают другие, с нами никак не связанные учреждения. Или вообще отдельные лица. Да…
– Серьезно. Я даже и не слышал о вас никогда.
– Не вы один. Информация о нашем существовании вообще недоступна никому, ниже уровня заместителя директора ФСБ. А уж про решаемые нами задачи – и вовсе. Однако же мы несколько отвлеклись.
