Еще через пару минут он вышел на улицу, уже без букета, сел в свою машину и уехал. Я приподнялся со скамейки, на которой сидел все это время, сделал десяток шагов в сторону подъезда. Никого. Что, выстрел мимо цели? Похоже, что так. Нет, мимо консьержа мелькнула тень, и на улицу выбежала Маринка. Несмотря на прошедшее время, я узнал ее сразу. Черты лица, манера поворачивать голову и какие-то непонятные на первый взгляд мелочи говорили сами за себя. Несомненно, это была она. Постаревшая, но та же самая. Кутаясь в платок, она быстрым шагом прошла мимо меня и свернула в сторону дороги.
Не оборачиваясь, я остался стоять на месте. Чего я ждал? Что она узнает меня? Она никогда не видела меня нынешнего. Несомненно, букет что-то для нее значил. Куда она пошла? Искать «старого друга»? В принципе, логично. Во дворе знакомых лиц нет, а окна ее квартиры выходят на улицу. Человек, передавший букет, мог бы быть как раз там. Сделав этот вывод, я повернулся и зашагал к машине. Увидеть Маринку – я увидел, а подходить к ней и рассказывать небылицы не хотелось.
Как она воспримет их из уст незнакомого человека? Да еще с ее прошлым.
– Постой. Сейчас у нас 2001 год. 2001 минус 60 будет 1941? Ведь так?
Я обернулся:
– Да. Именно так и будет.
Маринка стояла позади меня. Я так и не услышал ее шагов и не заметил появления.
– Пока ты не стал двигаться, я тебя не узнала. Ты ходишь так же, как и тогда, – мягко и плавно. И поворачиваешься так же, как большой кот.
– Ты все это запомнила?
– Сам же и учил.
Мы так и будем стоять на улице?
– Не знаю… Котенок. Я как-то и не думал об этом. Хотел тебя увидеть, дальше и не предполагал ничего…
– Странно как… – Она провела рукой по моей щеке. – Я всегда хотела это сделать, но как-то боялась себе в этом признаться. Но теперь все изменилось, теперь я старше, а ты… ты такой же. Внешне иной, другое лицо, голос – все другое. А вот отведу глаза от лица и снова тебя вижу, прежнего. Как же так вышло?
– Если бы я знал! А вот тебя я узнал сразу.
Ты почти совсем не изменилась.
– Льстишь?
– Правда. Я вот с тобою говорю, а вижу девчонку прежнюю.
– Нет, – покачала она головой. – Та, прежняя, умерла еще тогда, в сорок первом. И потом… когда уходили близкие, те, с кем уже и слов не нужно… Понимаешь?
– Понимаю. Я тоже такое… помню.
– Как же ты так? Как это случилось? Я пыталась узнать, но все говорили – шальная пуля.
– Часовой. Его немцы украсть пробовали, я влез, отбил. А он – испугался.
