Первогодок, наверное, небось дрых на посту, а тут немцы, стрельба… Вот крыша и поехала. В спину стрелял, я его толком и не видел.
– Странно. Непонятно это. Ты же все вокруг всегда видел.
– Ну, как видишь, не все. А ты, что было с тобой?
– Меня вывезли. Сначала окруженцы пришли, потом разведка, самолет. Все было так, как ты и говорил мне тогда. Как ты мог все это знать, откуда?!
– И это мне говорит «Почетный чекист»?
– Не смейся… Я даже сейчас не все могу понять в этой истории, а уж тогда… Для меня все это было чудом.
Что-то странное тогда происходило вокруг меня. Недомолвки, недоговорки, будто все они что-то знали такое, о чем и я должна была знать. Но я не знала, а они… они ничего так и не сказали мне. Я училась, потом работала, учила других. Но ведь ты, наверное, и так все знаешь? Как-то же ты меня нашел? А это нелегко, поверь, я знаю.
– Мне помогли. Один друг сказал мне, где тебя можно отыскать.
– Я даже и не спрашиваю, кто ты сейчас. Но таких друзей не бывает. У меня здесь и имя другое уже, даже в Управлении – и то знают не все.
Только наверху.
– Я пенсионер. Офицер запаса. Ты же знаешь, я тебе говорил. Еще тогда, в лесу."
"– Очень многое, наверное, пошло не так после твоего появления. У меня было время, я могла думать. Да и потом, я не понимаю до сих пор, как это вообще могло произойти?
Ты тогда был одним человеком, потом стал другим. Может быть, сейчас ты уже третий? Кто ты?
– Обычный человек. В необычных обстоятельствах. Мне друг один сказал, что я попал тогда в 41-й для того, чтобы сделать что-то важное.
– Что же? Выкрасть документы, вокруг которых все так и плясали потом?
– Что там в них могло быть? Ну, бумаги, ну – важные. Так их таких было много. И до меня, и после тоже навалом. Я думаю, другая у меня цель была.
– Какая же тогда?
– Ты. Я тебя должен был спасти. Только вот – толком не сумел.
– Не говори так, – она снова коснулась моей щеки. – Я жива, и это твоя заслуга. Все, что после было, – это тоже ты. И не только со мной. Я сама учила многих. Так, как ты учил меня.
Я потом уже многое из того, что ты мне говорил, и у других видела. Я же тогда подробно обо всем рассказывала, записали все.
– Но это же было так недолго! Что я успел?!
– Ты научил меня думать. Это так много. И так важно. Не спешить, идти правильно.
– Я хотел, чтобы ты осталась жива.
– Я жива. Спасибо тебе. Ты знаешь, я так долго тебя ждала. Не верила никому. Ты же сказал: «Меня нелегко убить». Вот я и ждала.
– Шестьдесят лет?
– Я бы и больше ждала.
